A+ R A-

Российский флот в защите Отечества

Содержание материала


Бесспорно, как и в любом межгосударственном акте, в нём можно найти и положительные, и отрицательные стороны. Однако оценивать их следует исключительно с прагматичных позиций. В этом плане нельзя не видеть того, что данное Соглашение базируется на исторической преемственности решения вопроса о линии разграничения морских пространств между обеими странами, восходящего к первоначальной российско-американской конвенции по данному вопросу 1867 г. Причём положение этой линии неоднократно подтверждалось нашим государством в течение почти полутора веков. А потому критика принципа её проведения столь же бесперспективна, как и осуждение продажи Аляски и особенно Алеутских и иных прилежащих к ним островов, отказ от обладания которыми кардинально повлиял на конфигурацию морских границ в Беринговом море.
В то же время, закрепление в Соглашении линии разграничения в Чукотском море и Северном Ледовитом океане, совпадающей с восточной границей объявленного нашим государством сектора своих полярных владений, является признанием её со стороны США. Это снимает их притязания на ряд островов у северных берегов Восточной Сибири (острова Врангеля) и укрепляет российские позиции на переговорах с Норвегией по поводу разграничения морских пространств на западной границе полярного сектора России.
Наконец, проведение указанной линии в соответствии с современными методами геодезии и осуществление компенсации площадей районов, которыми стороны обмениваются на основе данного документа, что устраняет источники взаимных претензий и споров в районах, которые ранее каждая страна в одностороннем порядке считала находящимися под её юрисдикцией.
К недостатку Соглашения нужно отнести отсутствие в нём упоминания о так называемой "голубой зоне" — области открытого моря, полностью окружённой экономическими зонами выходящих к этому морю стран. В Беринговом море такая зона расположена в его центральной части и имеет площадь около 160 тыс. кв. км. В принципе, это можно было бы считать оправданным, ибо Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. трактует попытки распространения каким-либо государством своей юрисдикции на части открытого моря как противоречащие международному праву.
Однако в приложении к данному Соглашению, являющемся согласно п. 2 ст. 2 официального текста документа неотъемлемой его частью, определены географические точки, соединение которых геодезическими линиями даёт общую линию разграничения морских пространств между договаривающимися государствами. Среди них точки от № 40 до № 57 располагаются внутри указанной "голубой зоны", а потому получается, что проходящая через них линия делит и этот район между участниками соглашения в соотношении близком к 1 : 6 в пользу США.
Но подобное разделение пространства, относящегося к открытому морю, для других государств, не являющихся участниками соглашения, не обладает юридической силой, ибо в его пределах они обязаны руководствоваться только нормами, определёнными в Конвенции ООН по морскому праву для этой части моря, т.е. пользоваться в её пределах всеми свободами открытого моря. Отсюда вытекает, что Соглашение "прицельно" ущемляет права лишь России. В связи с этим возникает вопрос: является ли это упущением российской стороны при подготовке документа или же свидетельством добровольного отказа от права на свободу рыболовства и иного законного использования более 85% "голубой зоны" Берингова моря, которые гарантированы ей Конвенцией ООН по морскому праву?
Такая постановка вопроса правомерна и вследствие возможности неоднозначно трактовать п. 2 ст. 1 данного Соглашения, в котором, в частности, говорится, что "каждая из сторон будет соблюдать линию разграничения морских пространств как ограничивающую пределы её юрисдикции прибрежного государства, которая в ином случае допускалась бы международным правом для любых целей". Эту фразу можно толковать как исключающую для России возможность установить предельно допустимую в соответствии со ст. 76 Конвенции ООН по морскому праву внешнюю границу континентального шельфа в означенной "голубой зоне", если будет обоснованно её расположение восточнее линии разграничения, а также вести там любую хозяйственную деятельность, разрешённую для таких районов Конвенцией.
Именно эта неопределённость в Соглашении является основой критики данного документа и препятствием для его ратификации, в то время как остальные его положения имеют в целом проработанное и справедливое решение и не содержат положений, которые давали бы существенные преимущества или наносили заметный ущерб интересам каждой из сторон.
Ратификация нашей страной данного Соглашения, хотя и выполняемого на временной основе, но уже в течение более 17 лет, и фактически являющегося одним из элементов современных российско-американских отношений, целесообразна. Однако представляется, что при этом она должна сопровождаться специальным заявлением, подтверждающем приверженность России строгому соблюдению норм Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., в том числе касающихся свобод открытого моря. На этом основании наша сторона намерена рассматривать прохождение разграничительной линии по "голубой зоне" Берингова моря как формальное соединение северной и южной её частей, не преследующее цели раздела этой зоны. Для закрепления данной позиции в качестве дополнения к документу
можно предложить статью следующего содержания.
"Ничто в настоящем Соглашении не влечёт за собой каких-либо ограничений свобод, которыми пользуются все государства, включая участников данного Соглашения, в пределах открытого моря в центральной части Берингова моря, попадающего в зону разделения морских пространств между договаривающимися сторонами".
Такое решение будет соответствовать новому положению России, в которой начали постепенно снижаться проявления негативных тенденций, присутствовавших в её развитии в последнее время, и стала в большей степени присутствовать ориентация на долговременные национальные интересы. К тому же проявленная Россией способность остановить дезинтеграционные процессы и начать восстановление статуса одной из ведущих мировых держав повлекли прогноз относительно того, что она вновь выходит на исходные позиции "своего нового исторического подъёма". Этому будет способствовать развитие мировых процессов в последнее время, которое показало, что, как выразился президент России Д.А. Медведев на XII Санкт-Петербургском экономическом форуме, "иллюзией оказалось представление о том, что одна страна, даже самая мощная, может взять на себя роль глобального правительства" . Тем не менее, не вызывает сомнения, что Вашингтон и его союзники будут и впредь следовать догматам своей внешней политики, не обращая внимания на критику. В частности, в том числе и в их адрес Президент России на упомянутом форуме заявил, что происходит "столкновение многолетней тенденции к глобализации со стремлением отдельных стран защитить свой экономический суверенитет, а также получить максимальные выгоды для своих граждан, что называется, не делясь этими выгодами с соседями". Это, по его словам, является проявлением "растущего экономического эгоизма", который особенно виден в желании закрепиться в районах, богатых сырьевыми ресурсами, чтобы контролировать их добычу и распределение. Поэтому сказанное выше должно обязательно учитываться и в нашей политике в Арктике.

 

Яндекс.Метрика