A+ R A-

Земноводные диверсанты часть 2

Содержание материала

 

 

 

Первые операции

 

 

Действия легководолазов на управляемых торпедах-транспорти­ровщиках против английских военно-морских баз Александрия, Гибралтар и Ла-Валетта в августе 1940—июле 1941 гг. были неудачными.

В ночь с 25 на 26 августа 1940 г. три управляемые торпеды должны были стартовать с подводной лодкой «Ириде» для атаки двух англий­ских линкоров и авианосца, стоявших в Александрии. Эти торпеды переправили в захваченный итальянцами ливийский порт Тобрук, а оттуда миноносец «Калипсо» доставил их вместе с водителями тор­пед в залив Бомба, чтобы перегрузить там на подводную лодку. 22 ав­густа подлодка встретилась с миноносцем. Неподалеку от них стояли штабное судно «Монте Гаргано», небольшой пароход и несколько моторных шхун. Вечером того же дня «Ириде» должна была отпра­виться к Александрии, рассчитав путь таким образом, чтобы вечером 25 августа оказаться в 4 милях от нее с пятью экипажами управляе­мых торпед на борту (два экипажа составляли резерв).

К 11.30 торпеды были погружены в палубные контейнеры подлод­ки. Водолазы собирались уже последовать за ними, как вдруг на гори­зонте появились три английских самолета-торпедоносца «Свордфиш», летевшие к итальянским судам строем клина на высоте 60—70 метров от воды. Это был воздушный патруль с авианосца «Орел» (Eagle), периодически посылаемый для осмотра прибрежных райо­нов. «Ириде» немедленно направилась полным ходом в сторону от­крытого моря, так как в мелководном заливе (глубина 15 метров) она не могла спрятаться под водой. Одновременно с миноносца «Калип­со» и с «Монте Гаргано» открыли заградительный огонь по самоле­там. С дистанции 150 метров головной самолет сбросил торпеду, ко­торая попала в середину лодки. Два других обстреляли ее из пулеметов. Почти мгновенно после взрыва «Ириде» затонула вместе с управляемыми торпедами и дыхательными аппаратами. Другой са­молет взорвал своей торпедой «Монте Гаргано» (который тоже по­тонул), третий промахнулся по «Калипсо». Затем они улетели.

Из воды выловили 14 членов экипажа «Ириде» из числа тех, кто был на палубе в момент атаки англичан и тела двоих моряков, убитых выстрелами пулеметов. Тезеи, Тоски и другие пловцы стали нырять без дыхательных аппаратов и установили, что лодка лежит на боку на глубине 15 метров. В ее борту зияет огромная пробоина. Выясни­лось также, что в кормовом торпедном отсеке находятся девять еще живых членов экипажа погибшей подлодки. Спасательные работы продолжались 20 часов без перерыва. С помощью водолазов подвод­никам удалось открыть люк и выбраться на поверхность: двое погиб­ли в горловине люка, двое скончались от легочного кровотечения, пятеро выжили. Затем водолазы подняли все три управляемые тор­педы.

Итак, первая попытка применения нового оружия закончилась потерей подводной лодки-носителя, вспомогательного судна, десяти дыхательных аппаратов и нескольких десятков человек. Но это еще не все. Князь В. Боргезе позже отметил, что «из-за поверхностного и легкомысленного отношения к подготовке материальной части и недостаточно четкой организации было маловероятно, что использование нового оружия принесет успех, даже если бы торпеда про­тивника и не прервала поход лодки в самом начале».

 

* * *

 

В сентябре 1940 г. итальянцы попытались нанести одновремен­ный удар по Александрии (подводная лодка «Гондар» с 3 управляемы­ми торпедами и 4 экипажами) и Гибралтару (подводная лодка «Шире», тоже с 3 торпедами и 4 экипажами). «Гондар» вышла в море из Спе­ции вечером 21 сентября. Поход прошел нормально. Однако радио­грамма из Рима, полученная вечером 29 сентября, заставила ее по­вернуть назад чуть ли не от волнолома порта. Дело в том, что авиаразведка установила: английская эскадра ушла из Александрии. На обратном пути в 20.30 ее обнаружили и атаковали два английских эсминца и корвет. После 12 часов маневрирования под ударами глу­бинных бомб, получив многочисленные повреждения, истощив за­пасы воздуха и электроэнергии, командир приказал всплыть на поверхность. Там экипаж лодки открыл кингстоны и оставил корабль. «Гондар» затонула в 8.15 утра 30 сентября 1940 г. в 22 милях от Алек­сандрии вместе с тремя торпедами «SLС» на борту. Один подводник погиб, остальные попали в плен, в том числе Э. Тоски, а с ним еще семь пилотов «свиней». Разумеется, они ничего не сказали англича­нам о новом оружии.

В поход на Гибралтар лодка «Шире» отправилась 24 сентября 1940 года. План действий предусматривал ее проникновение в залив Алхесирас для того, чтобы оттуда направить торпеды к рейду английской военно-морской базы. Был определен следующий порядок выбора целей по степени их значимости: линкоры, авианосцы, крейсера, ворота доков. Благополучно совершив переход, вечером 29 сентяб­ря лодка оказалась в 50 милях от пункта назначения. В это время ее командир получил радиограмму, сообщавшую, что английская эскад­ра покинула Гибралтар. Пришлось возвращаться назад.

21 октября 1940 года князь Валерио Боргезе снова вывел «Шире» в море для атаки Гибралтара. 29 числа лодка в подводном положении вошла в бухту Алхесирас, борясь со встречным океанским течением, которое имеет здесь скорость полтора узла. Затем «Шире» стала про­бираться вдоль прибрежных утесов с испанской стороны залива на глубине 70 метров в самый дальний от входа его участок. Гибралтарcкая скала замыкает бухту с востока, а якорная стоянка находится с ее внутренней (западной) стороны.

Прибрежные испанские города Алхесирас и Ла-Линеа сияли огнями, ярко светили испанские маяки, Гибралтар тоже был освещен: англичане понимали, что нет смысла затемнять его посреди источ­ников света с разных сторон. Подводная лодка под перископом про­никла вглубь, ориентируясь по испанским маякам. Боргезе долго вы­бирал место, наиболее подходящее для сложного маневра выпуска экипажей управляемых торпед. Оно должно было находиться как можно ближе к цели атаки, чтобы экипажи не переутомились, не потеряли бы слишком много времени и не подвергались большому риску на подходе. Глубина не должна была превышать 15 метров, что позволяло лодке лежать на грунте, пока водолазы будут извлекать торпеды из контейнеров. Это место должно находиться в стороне от наиболее вероятных путей патрулирования сторожевых катеров противника. Наконец, Боргезе нашел такое место — в глубине бухты Ал­хесирас, неподалеку от устья реки Гуадарранке.

   Бухта Алхесирас и рейд Гибралтара.

 

В 1.30 ночи 31 октября «Шире» легла на грунт в 500 метрах от бе­рега, на глубине 15 метров. Шесть водолазов надели резиновые ком­бинезоны и кислородные приборы. Накануне в открытом море Боргезе получил радиограмму из Рима. Воздушная разведка обнаружила за волноломом Гибралтара два английских линкора. Водолазы выш­ли через шлюз, взобрались на своих стальных «свиней» и отправи­лись в рейд. «Шире» подвсплыла и снова ушла в море.

Водолазам не надо было возвращаться на лодку. Прикрепив мины к днищам английских кораблей, они должны были утопить свои тор­педы вместе со всем снаряжением, вплавь добраться до испанского берега, а затем самолетом вернуться в Италию.

Через 30 минут у первой торпеды отказал мотор и она начала то­нуть. Наездники пытались продуть балластную цистерну, завести дви­гатель. Бесполезно. Торпеда затонула на глубине 40 метров, вдобавок получив повреждения от давления воды. Члены ее экипажа (Л. Де ла Пенне и Э. Бьянки) вынырнули, утопили свое снаряжение и вплавь преодолели 2 мили (3,7 км) до испанского берега. В 7.30 утра они встретились там в условленном месте с итальянским агентом. Вторая торпеда (экипаж Т. Тезеи и А. Педретти) добралась до северного мола гибралтарского волнолома, но там у них отказали дыхательные при­боры, что сделало невозможным продолжение операции. Тогда они отсоединили и затопили заряд взрывчатки, продолжив верхом на торпеде движение к Ла-Линеа. В 7.10 торпеда коснулась грунта. Диверсанты открыли кран балластной цистерны для затопления тор­педы и отправили ее в сторону залива, а сами вышли на испанский берег.

Экипаж третьей торпеды состоял из лейтенанта Джино Биринделли (одного из семерых, всплывших с подлодки «Ириде») и унтер-офицера Д. Пакканьини.

 Джино Биринделли (19 января 1911 года -  2 августа 2008 года) был итальянским адмиралом и политиком. Служил в Королевском флоте во время Второй мировой войны и был награжден золотой медалью за военную доблесть. Он также был членом Палаты и президентом MSI-DN.

 

Они хотели взорвать английский линкор «Бархэм». Двигатель их торпеды работал очень плохо. Медленно дви­гаясь в крейсерском положении, наездники прошли сквозь ворота военной гавани и оказались на расстоянии примерно 250 метров от линкора. Там Биринделли опустился на глубину 14 метров, собира­ясь начать атаку. В это время у Пакканьини отказал кислородный ап­парат. Лейтенант послал его на поверхность, показав знаками, что надо плыть медленно и осторожно. Сам же он продолжил свой путь. Когда до линкора оставалось не более 70 метров, мотор торпеды пол­ностью вышел из строя. Отделив заряд, Биринделли в течение полу­часа пытался вручную подтащить его к цели по неровному скалистому дну. Полностью выбившись из сил и израсходовав почти весь кис­лород, он понял, что атака провалилась. Биринделли включил часо­вой механизм заряда, утопил дыхательный прибор, снял с себя рези­новый костюм и привязал его под водой к тросу буйка. Потом поплыл к берегу.

Когда наступило утро, он смешался с толпой рабочих в порту Гиб­ралтара и спрятался на борту стоявшего там небольшого испанского судна «Санта-Анна». Однако вскоре его задержала английская порто­вая полиция. Пакканьини англичане обнаружили и задержали в море тем же утром. Боеголовка торпеды Биринделли взорвалась, не при­чинив никакого вреда линкору «Бархэм».

 

* * *

 

По сравнению с двумя предыдущими попытками, впервые были достигнуты определенные успехи. Удалось доставить управляемые торпеды на исходную позицию для атаки, они преодолели естествен­ные препятствия и оборонительные заграждения, а одному экипажу удалось подойти к цели на 70 метров. Однако и эта операция не име­ла успеха из-за явно несовершенной материальной части — как тор­пед-носителей, так и кислородных приборов.

Более того, теперь англичане узнали о секретном итальянском оружии. Во-первых, у них в руках оказались два итальянских воен­ных моряка, сообщивших, что они высадились с подводной лодки «для разведки». Во-вторых, прогремел мощный подводный взрыв неподалеку от их линкора. В-третьих, торпеда Тезеи-Педретти не уто­нула, она приткнулась к испанскому берегу. Испанцы сразу же отпра­вили ее на свой торпедный завод в Сан-Фернандо, но сообщения о ней появились в испанских газетах. Все это, вместе взятое, помогло англичанам понять, что противник применил какую-то новую такти­ку атаки охраняемых баз. Правда, пленные ничего не сказали, но ос­новная идея просматривалась и без их показаний.*

* Вот что значит английские джентльмены. Советская контрразведка СМЕРШ превратила бы пленных в кровавый фарш, но выбило бы из них все сведения о но­вой тактике и новом оружии.

В качестве пре­вентивной меры защиты англичане с первых чисел ноября 1940 г. начали регулярно сбрасывать глубинные бомбы по всей акватории рейда Гибралтара.

 

* * *

 

Потеря двух подводных лодок-носителей, 9 управляемых торпед и десяти хорошо подготовленных диверсантов — без всякого ущерба для врага - стала тяжелым ударом по амбициозным планам итальянского морского командования. Требовалось принимать срочные меры организационного и технического характера.

15 марта 1941 года штурмовые средства выделили из состава 1-й флотилии в самостоятельное подразделение. В целях маскировки действительного назначения его назвали 10-й флотилией МАS. Штаб флотилии имел канцелярию, оперативный и исследовательский от­делы. Флотилия включала в себя подводный отряд (командир — ка­питан 3 ранга Валерио Боргезе), и надводный отряд (командир — ка­питан 3 ранга Джорджо Джоббе). Командиром флотилии стал капитан 2 ранга Витторио Моккагатто.

В состав подводного отряда входили: школа подводных пловцов в Ливорно, школа водителей управляемых торпед в Бокке ди Серкио, подводные лодки-носители, сверхмалые подлодки, диверсионные группы. В надводном отряде были взрывающиеся катера, школа их водителей в Специи и другие плавсредства.

  Эмблема 10-й флотилии МАS.

 

Были значительно расширены источники комплектования и фи­нансирования диверсионных подразделений, усовершенствованы управляемые торпеды. Министерство военно-морского флота разослало циркуляр командирам частей, предлагая не задерживать добро­вольцев, желающих выполнять «специальные задания». Это дало воз­можность производить более тщательный отбор личного состава. Для всестороннего обследования кандидатов в водители торпед был со­здан «Биологический центр», где работали видные специалисты ита­льянской медицины. Кроме того, существовал еще «Подводный центр», изучавший круг вопросов, связанных с длительным пребы­ванием человека под водой. Тесные связи командование флотилии поддерживало с отделом подводного оружия арсенала в Специи и фирмой «Пирелли», поставлявшей кислородные дыхательные аппа­раты и другое снаряжение. Принятые меры не могли не дать поло­жительных результатов.

Именно с этого времени небольшой отряд штурмовых средств итальянского флота превратился в боевую диверсионную часть, занимавшуюся одновременно исследованием, созданием и приме­нением оружия, способного «поражать противника всюду, где бы oн не находился». В. Боргезе в своих мемуарах отмечает лето 1941 года как переломный момент: «Через год после начала боевых дей­ствий, после тяжелых испытаний, вызванных недостаточной организованностью, 10-я флотилия подготовила людей и средства к борьбе...»

  Компьютерный вариант человеческой торпедной атаки. (В действительности они использовали ребризеры (изолирующий дыхательный аппарат) и небыло никаких пузырей...)

 

Спустя еще два года, 1 мая 1943, именно Боргезе стал командиром 10-й флотилии МАS, которая сильно разрослась и представляла со­бой уже мощное боевое соединение. Её отряды действовали в самых различных районах — в Гибралтарском проливе, у берегов Сицилии, Сардинии и Алжира, в турецких портах. Её лозунг был: «За короля, за честь знамени», её дела вызывали восхищение даже у противника. К тому времени итальянцы потерпели поражения на всех фронтах. Особо ощутимой была утрата господства на море. Надводный флот, оставив Таранто, ушел в северные базы и потерял контроль над обширной акваторией. Его уделом стали операции оборонительного характера. Поэтому командование военно-морскими силами возла­гала на 10-ю флотилию особенно большие надежды.

Боргезе не изменил ее традициям. Никогда флотилия не совер­шала столь частых боевых походов, как в период с мая по сентябрь 1943 года. В июне ее знамя было украшено золотой медалью «За храб­рость». Известие о заключении перемирия 8 сентября 1943 года ока­залось для Боргезе громом среди ясного неба. Она застало князя за подготовкой очередной впечатляющей операции — атаки на кораб­ли в нью-йоркском порту, которой так и не суждено было осуще­ствиться.

 Подводные диверсанты князя Боргезе, 10 флотилия MAS, Италия, 1943 год.

 

* * *

 

15 мая 1941 года «Шире» под командованием Боргезе вышла в третий поход к Гибралтару. В этот раз водолазов решили избавить от неудобств, связанных с длительным пребыванием на подводной лод­ке во время перехода. Их отправили в Испанию самолетом, снабдив надежными документами. Там они с помощью секретных агентов доб­рались до порта Кадикс и расположились на итальянском танкере «Фульгор» (водоизмещение 6000 тонн), интернированном в этом порту в самом начале войны, где выдавали себя за моряков танкера. Вечером 23 мая «Шире» проникла в порт, незаметно подошла к тан­керу и пришвартовалась к его борту, оставаясь при этом в полупогру­женном положении, чтобы уменьшить вероятность обнаружения.

Четыре экипажа перешли с танкера на борт подводной лодки, кото­рая посреди ночи снова вышла в море.

26 мая к 23.30 Боргезе удалось снова вывести лодку на прежнее исходное место в бухте Алхесирас неподалеку от устья реки Гуадарранке. На этот раз в Гибралтаре не оказалось военных кораблей, и «свиньям» приказали напасть на торговые суда. Экипажи торпед сде­лали все, что могли, но снова подвела техника.

Почти сразу у одной торпеды (экипаж Веско—Франки) вышел из строя мотор. Водолазы сняли с нее боеголовку и стали буксировать ее другой торпедой (экипаж Визинтини—Магро). Затем у одного из подводников (Марчелья) отказал кислородный прибор, он потерял сознание. Это произошло в тот момент, когда его напарники (Каталано и Джаннони) уже начали отсоединять зарядное отделение, что­бы прикрепить его к гребному валу английского транспорта. Пока они оказывали ему помощь, покинутая всеми торпеда ушла на такую глубину, что найти ее не было уже никакой возможности. Тем време­нем торпеда Веско добралась до якорной стоянки. Но при попытке прикрепить зарядные отделения к танкеру, и эта торпеда вместе с буксируемым ею зарядом утонула на глубине свыше 30 метров.

Таким образом, операция снова закончилась неудачей. В порту не оказалось военных кораблей. Одна торпеда оказалась поврежденной с момента ее пуска. Две другие были потеряны из-за непредвиденных трудностей в связи с тем, что пришлось действовать не во внутрен­ней гавани, а на внешнем рейде с большими глубинами. С другой сто­роны, эта операция явилась тренировкой экипажей в боевой обстановке, прошла без потерь в личном составе, не была замечена противником. Удалось успешно проверить возможность использова­ния перевалочной базы для экипажей торпед на интернированном судне (впоследствии данный вариант получил блестящее продолже­ние на судне «Ольтерра»). Итальянская разведка, обеспечивавшая опе­рацию, работала безукоризненно. Экипажи вскоре вернулись само­летом в Рим. На войне крайне редко удается возвращать в целости и сохранности хорошо подготовленные кадры, получившие к тому же бесценный опыт реальной боевой операции.

 Расположение помещений диверсантов на вспомогательном судне Olterra(«Ольтерра»)

 

В ночь с 25  на 26 июля 1941 г. во время попытки прорыва быстро­ходных взрывающихся катеров и 2 управляемых торпед в гавань Ла-Валетта (остров Мальта) погиб второй изобретатель торпед SLС, стар­ший лейтенант Т. Тезеи. Торпеды доставил к Мальте специальный катер-носитель. Одна торпеда (экипаж в составе Тезеи—Педретти) должна была разрушить стальную сеть под пролетом моста Сан-Эльмо, другая (экипаж Коста—Барла) пыталась проникнуть в бухту Марса-Мушет, чтобы взорвать находившиеся там английские подводные лодки.

Тезеи сознательно пожертвовал собой. Как вспоминает Боргезе, он дословно сказал следующее: «Полагаю, что мне остается только подвести к сети мою торпеду. В 4.30 сеть должна взлететь на воздух, и она взлетит. Если будет поздно, поставлю взрыватель на мгновенное действие». Так все и произошло. Тем не менее, операция заверши­лась полным провалом. Торпеда Коста вышла из строя и ее пришлось затопить, экипаж попал в плен. Были потеряны 9 взрывающихся ка­теров и 2 катера обеспечения. Погибли 15 участников операции, в том числе командир 10-й флотилии В. Моккагатта, 18 оказались в плену. А единственным результатом, полученным ценой таких потерь, стало разрушение моста, не игравшего существенной роли в системе обороны Мальты.

 Погрузка управляемой торпеды (поросенка)...

 

Но на этом период неудач завершился. Начиная с сентября 1941 г. длительные усилия итальянцев начали приносить ощутимые резуль­таты.

 

 

Яндекс.Метрика