A+ R A-

Адмирал И.С. Исаков

Содержание материала


Начальником штаба КБФ Исаков в тридцатые годы был дважды — до конца 1935 года и снова в тридцать седьмом году.

Контр-адмирал В. И. Рутковский высказался однажды в Ленинграде в научной среде о качествах Исакова — штабиста и оператора.

Рутковский Владимир Иванович (1902-1982)  контр-адмирал (1944) 1930-1931 помощник начальника мобилизационного сектора 1-го управления Штаба РККА, 1931-1934 начальник мобилизационного сектора 1-го управления Штаба РККА, 1934-1937 начальник штаба Отряда учебных кораблей КБФ, 1937-1938 командир эсминца “Энгельс”, репрессирован 03.1938-12.1938, 1938-1939 преподаватель тактики Высшего военно-морского училища им.Фрунзе,

Отметив, что Иван Степанович внедрил высокий стиль и методику штабной работы во все большие и малые штабы нашего флота, сам стал «первым оператором ВМФ и воспитал плеяду молодых операторов», он заявил: на флоте признан и принят исаковский стиль работы оператора. Это значит: «Во-первых, все должно быть предусмотрено оператором; во-вторых, все могут ошибаться, исключая оператора». Исаков следовал именно этому стилю и умел за него отвечать.

В 1935 году во время осенних учений случилась катастрофа. Наперерез линкору «Марат» должна была выйти подводная лодка «Б-3», поднырнуть под него и атаковать с другого борта. Командир линкора, вняв некомпетентному возгласу высшего военачальника, внезапно изменил курс. Лодка, всплывая, оказалась под винтами линкора и погибла.

На палубе подводной лодки Б-3 руководитель практики Воронов А.С. (справа третий) с группой курсантов-практикантов ВВМУ им. Фрунзе перед выходом в море 24 июля 1935 года. Учебная подводная лодка Б-3 во время учений Балтийского флота затонула вместе с экипажем и группой курсантов ВВМУ им Фрунзе в Финском заливе. Трагедия произошла 25 июля 1935 года, подводную лодку таранил линкор "Марат".


На разборе Исаков заявил, что виновным считает прежде всего себя.— он разрабатывал план учения и не предусмотрел все возможные случаи. А возможность такого случая он мог предполагать по личному опыту, зная, что на флагманском корабле пойдет начальство и вмешательства в управление кораблем следовало ожидать.

Исаков понес суровое наказание. Но на флоте оценили его поведение. В нем видели человека, который правильно понял свою честь высокого командира и не прикрылся чужой спиной. Добавлю: Исаков действительно считал себя ответственным, держась принципа, что оператор должен предусмотреть все и ошибаться могут все, кроме оператора.
После полутора лет преподавания в академии Исаков вернулся в штаб. Он остался верен тем же принципам.

Генерал-лейтенант Сергей Иванович Кабанов, в сорок первом году командующий легендарной обороной Гангута, летом тридцать седьмого года командовал соединением крупнокалиберной железнодорожной артиллерии флота.

Сергей Иванович Кабанов (1901 – 1973) Ветеран береговой обороны советского Военно-Морского Флота, Генерал-майор береговой службы (1940), Генерал-лейтенант береговой службы (1941), Похоронен в Санкт-Петербурге на Богословском кладбище.

 В жаркий день в столовой соединения случилась беда. Зарезали корову, изготовили тысячу котлет, котлеты в жару испортились, и произошло массовое отравление. Переполох, нашествие следователей. Зловещее обвинение — диверсия... К вечеру звонит Кабанову начальник штаба флота Исаков: «Почему не докладываете, Сергей Иванович?»— «Потому что отстранен от должности»,— отвечает Кабанов со свойственной ему резкостью и прямотой. «Кем?» — «Следственными органами флота».— «За что?» — «За диверсию с котлетами».— «Ваше мнение?» — «Мое мнение такое: первые котлеты прошли благополучно, последние две сотни завоняли. Диверсии нет. Есть халатность».— «Хорошо. Немедленно возвращайтесь к исполнению обязанностей. Передайте следователям мое приказание прекратить следствие и вернуться в Кронштадт. Используйте свои дисциплинарные права и накажите виновников происшедшего по своему усмотрению».

Тем же летом Исакова в звании флагмана II ранга назначили командовать КБФ. Его флаг поднят над линкором «Марат».

Командующий КБФ И.С. Исаков и начальник отдела боевой подготовки штаба флота В.Ф. Трибуц в походе на Балтике. 1937 год.


Два десятилетия службы революции позади. За Исаковым устойчивый авторитет крупного морского теоретика и сильного организатора. Изданная впервые в 1936 году с предисловием И. М. Лудри его книга о Циндао выходит подряд — вторым и третьим изданием. Она поражает и радует остротой аналитического зрения автора. Еще до Халхин-Гола и Хасана она не только предостерегает моряков о японской угрозе Дальнему Востоку, но и учит, в первую очередь тихоокеанцев, распознавать стратегию и тактику японской экспансии на материк. Ясен шаблон этой экспансии: блокада флота с моря; переброска экспедиционного корпуса и высадка там, где берег не защищен; перегрызание коммуникаций и осада с суши; борьба за высоты и последовательные атаки после подавления артиллерии осажденных. Но всякий шаблон может претерпеть изменения при развитии новых средств войны. Вся книга — исследование шаблона и опровержение шаблона. Она учит не только на опыте победителя, но и на уроках побежденной стороны. Исаков напоминает об успешном сопротивлении немцев десятикратно превосходящим их в численности японцам и, разрушая миф о непобедимости самураев, рожденный Порт-Артуром или разгромом в Азии противника, стоящего значительно ниже в политическом и культурном развитии, приходит к важному для грядущего выводу: «Это раз и навсегда решает вопрос о целесообразности обороны локальных пунктов, если оборона их организована и моральная стойкость бойцов на высоте».

 

Яндекс.Метрика