Брандеры в морской войне Часть1 - 9

Глава 3. «Хайтек» древних учёных
(«Hi-tech» – сокращение от «hi-technology», т.е. высокие технологии).

Архимед (287—212 годы до н.э.) — древнегреческий учёный и механик, самый известный математик эпохи Античности. Он родился и почти всю cвою жизнь провёл в полисе (городе-государстве) Сиракузы (ныне Сиракуза) на юго-востоке острова Сицилия. Исключением стали несколько лет пребывания в Александрии, где Архимед изучал научные труды в знаменитой библиотеке и общался с группой учёных, работавших при ней.
Гений Архимеда поражал современников. Сохранились далеко не все его произведения, но те, что дошли до нашего времени, весьма оригинальны. Он был новатором в арифметике, геометрии, механике, гидравлике, астрономии, оптике, был изобретателем, конструктором и военным инженером.
С именем Архимеда связана история о поджоге при помощи зеркал кораблей римских захватчиков. В древности её считали общеизвестным фактом, в XVII веке опровергли, в XVIII веке признали истинной, в XIX веке опять подвергли сомнению, а в 1973, 2005 и 2006 гг. снова доказали, что такое вполне могло быть!

Архимед

Когда Архимеду был уже 75 лет, Сиракузы во время Второй Пунической войны подверглись нападению римлян. Римский писатель Тит Ливий (I век до н.э.) в XXIV-й книге своей «Истории Рима» привёл в связи с этим событием интересную характеристику Архимеда:
«..Началась осада Сиракуз, и с суши – от Гексапил, и с моря – от Ахрадины, стены которой омываются морем. При этом римляне были вполне уверены, что в каком-нибудь месте они прорвутся в обширный, разбросанный по большому пространству город и придвинули к стенам всю наличность осадных машин.
И начатое с такой силой предприятие увенчалось бы успехом, если бы в это время не было одного человека. Этим человеком был Архимед, единственный в своем роде наблюдатель неба и звёзд, но еще более удивительный изобретатель и конструктор военных машин и сооружений».
Основным источником информации для Ливия послужил рассказ греческого историка Полибия (ок. 200 – ок. 120 до н.э.). Он содержится в книге VIII его «Всеобщей истории», сохранившейся только в отрывках.
Полибий подробно описал битву и применявшуюся в ней технику.
Сухопутное войско под командованием Аппия Клавдия наступало на город со стороны ворот под названием Гексапилы, а десантники Марка Марцелла атаковали Ахрадину – район города, вытянутый вдоль моря, но защищенный крепостной стеной.

Древние Сиракузы (ныне Сиракуза, юго-восточное побережье Сицилии)

К Сиракузам пришло много римских кораблей, в том числе около 60 крупных. Восемь из них Марцелл приказал соединить бортами и оснастить подъёмными штурмовыми трапами, чтобы воины могли подниматься на стену. Их атаку поддерживали лучники, пращники и метательные машины на корабельных палубах.
Однако защитники города отразили атаки тех и других при помощи техники, созданной Архимедом. Полибий сообщил о дальнобойных и точных метательных орудиях, о грандиозных подъёмных машинах, которые «железными лапами» захватывали и опрокидывали римские корабли, о жёлобах, выдвигавшихся со стены и сбрасывавших на корабли камни весом в четверть тонны.
Вторую попытку взять город штурмом римляне предприняли ночью, но и она провалилась. После этого Клавдий и Марцелл перешли к осаде.
Римляне ворвались в город только через два года (в 212 г.) и то благодаря предательству одного из горожан. А эпидемия чумы погубила войско из Карфагена, приплывшее на помощь грекам. Во время грабежа Сиракуз римский солдат убил Архимеда.

Сомнения
До нашего времени дошли три рассказа о штурме Сиракуз:

1) Во «Всеобщей истории» Полибия; 2) в «Истории Рима» Тита Ливия; 3) в биографии Марцелла, являющейся одной из глав «Сравнительных жизнеописаний» Плутарха. Ни в одном из этих рассказов нет ни слова о сожжении кораблей зеркалами. Данный факт скептики используют как главное доказательство позднего происхождения легенды.
На первый взгляд, молчание Полибия, написавшего восьмую часть своей «Истории» всего через 50 лет после падения Сиракуз, кажется очень веским доводом «против». Полибий, сам в прошлом полководец, уделил большое внимание не только тактике и организации войск, но и военной технике, которую он подробно описывал.
Наиболее вероятная причина, по которой Полибий обошёл молчанием зеркала, такова. Этот весьма критично настроенный автор уже в то время воспринял рассказы о поджоге кораблей световым лучом как нелепую выдумку. Вот его слова:
«Все рассказы, выходящие за пределы не только возможного, но и вероятного, принадлежат к разряду детских побасенок».
Резко критическая настроенность Полибия заставила его сомневаться в достоверности сообщений о зеркалах. Ведь эти сообщения исходили от людей, видевших применение зеркал, но не понимавших принцип их действия и потому содержали детали, казавшиеся совершенно фантастическими. Например, такие как «горяший воздух».
А Тит Ливий (59 до н.э. – 17 н.э.) был литератором и, как отметил автор статьи о нём в энциклопедии, «излагал историю, некритически заимствуя материал у римских анналистов и эллинистических авторов». Описывая осаду Сиракуз, он просто пересказал своими словами сообщение Полибия. К тому же его не интересовала военная техника.
Молчание Плутарха (ок. 45 – ок. 127), жреца, философа и писателя, можно объяснить по-разному. Во-первых, согласно его собственным словам, он стремился изображать характеры выдающихся людей, а не описывать события. Во-вторых, упоминая факты, он, как и Ливий, некритически использовал сочинения предшествующих авторов, в том числе Полибия. В-третьих, в тексте Плутарха, относящемся к первому штурму Сиракуз, где описано отражение атаки римлян в гавани, часть текста утрачена. Не исключено, что там упоминались зеркала.

Источники
Упоминания о сожжении Архимедом римских кораблей при помощи зеркал имеются в нескольких известных нам текстах авторов античной эпохи. При этом о них там сказано как о факте, всем известном и потому не требующем особых пояснений.

Так, эллинский сатирик Лукиан (ок. 120 – ок. 190 н.э.) в шутливой речи по поводу открытия новой общественной бани подчеркнул важность союза теории с практикой и поставил в пример архитекторам Архимеда,
который «при помощи своего искусства сжёг неприятельские корабли».
То же самое написал знаменитый римский врач Гален (ок. 130 – ок. 200 н.э.) в трактате «О темпераменте». Описывая пожар, он отметил, что стена дома загорелась от жара и добавил:
«Таким же образом, говорят, и Архимед поджёг триремы врага зажигательными зеркалами».
В VI веке знаменитый византийский архитектор и математик Антемий детально рассмотрел зеркала Архимеда. Но об этом – ниже.
Значительно позже Антемия два византийских автора пересказали (каждый по своему) фрагмент из не дошедшей до нас части «Исторической библиотеки» греческого историка Диодора Сицилийского (ок. 90—21 до н.э.)*.
/* Из 40 книг (свитков) сочинения Диодора сохранились 15, из остальных 25 известны лишь отрывки. /
«Когда Марцелл убрал корабли на расстояние, превышающее полёт стрелы, Архимед соорудил особое шестиугольное зеркало, составленное из небольших четырёхугольных зеркал, которые можно было двигать с помощью металлических планок и шарниров. Зеркало он обратил к полуденному солнцу – зимнему или летнему – так, что принятые им солнечные лучи, отражаясь, создавали жар, который обращал корабли римлян в пепел, хотя они находились на расстоянии полёта стрелы».
(Иоанн Цеца. «История», середина XII века)
«Этот геометр, собрав солнечные лучи на зеркале, с помощью этих лучей, собранных и отражённых затем толщиной и гладкостью зеркала, воспламенил воздух и разжёг большое пламя, которое он затем направил на корабли, стоявшие на якоре и входившие в сферу его действия. Корабли были все обращены в пепел».
(Иоанн Зонара. «Хроника», середина XIII века)
А византийский автор XII века Евстахий Солунский в «Комментариях к Илиаде» Гомера кратко отметил:
«Архимед при помощи правил /своей книги/ «Катоптрики» сжёг римский флот на расстоянии полёта стрелы».
Анализ сообщения Зонары приводит к неожиданному выводу. Сначала оно действительно кажется наивной выдумкой. Не мог Архимед
«воспламенить воздух» ни зеркалом, ни каким-либо другим способом.
Однако «горение воздуха» можно увидеть на современных гелиоустановках, если в фокус параболического зеркала попадает дым или пыль. Освещенные собранными в пучок лучами солнца, они выглядят подобно парящему в воздухе и вытянутому в длину клубком огня!
Во время штурма Сиракуз в том месте, где шёл бой, были и дым, и пыль. И тогда действие зеркала Архимеда выглядело бы именно так, как описал Зонара и именно так его восприняли бы очевидцы. Таким образом,
«нелепая деталь» рассказа Зонары – «горящий воздух» доказывает, что его сообщение основано на неизвестных нам достоверных источниках!
Надо упомянуть ещё одно обстоятельство.
Известно, что Архимед занимался оптикой и написал о ней не дошедшее до нас сочинение «Катоптрика»*. Перечисление рассмотренных там вопросов сохранилось в «Апологии» римского жреца и писателя Апулея (ок. 125 – ок. 180):
/* Катоптрика (греч. «kata» – внутри, греч. «optomai» – смотрю) – раздел оптики, посвященный законам отражения света от зеркальных поверхностей. /
«Почему в плоских зеркалах предметы сохраняют свою натуральную величину, в выпуклых – уменьшаются, в вогнутых – увеличиваются; почему левые части предмета видны справа и наоборот; когда изображение в зеркале исчезает и, когда появляется; почему вогнутые зеркала, будучи поставлены против солнца, зажигают поднесенный к ним трут /обратите внимание – вогнутое, т.е. параболическое. – А.Т./; почему в небе видна радуга; почему иногда возникают миражи Солнца»...
В персоне Архимеда соединились теоретик и экспериментатор, что – вообще говоря – редкость во все времена. Несомненно, он использовал бронзовые либо стеклянные зеркала для проверки своих гипотез. Ему также было свойственно применять на деле результаты теоретических изысканий.
Зеркала были известны с незапамятных времен, ещё в древнем Египте. Их делали из бронзы, меди, серебра, стекла. Стеклянные зеркала первыми научились изготовлять мастера в финикийском городе Сидон (сейчас это Сайда в 45 км на юг от Бейрута).
И последнее об источниках.
В них идёт речь о поджоге кораблей, а не сожжении флота. Пожар даже на десяти кораблях не означал гибели всей эскадры, общей численностью свыше 100 единиц.
Теперь надо пояснить, что такое парабола и параболический концентратор.
Парабола (древнегреч. «параболос» – приближение) – это незамкнутая кривая линия, каждая точка которой равно удалена от одной и той же точки (фокуса) или от одной прямой линии (директрисы).
Самый простой концентратор – одно параболическое зеркало диаметром от 25—30 см до 200—250 см. Объект (цель) находится в точке схождения отражаемых солнечных лучей (в фокусе).

Параболическое зеркало

Более сложный (и более мощный) концентратор состоит из отдельных плоских зеркал, расположенных по принципу параболы. Его параметры достаточно велики, от 3—5 метров до конструкций в несколько этажей.
Но в том и другом случае температура в точке концентрации солнечных лучей (в фокусе) такова, что плавит металлы! Это свыше 1000—1500 градусов! Между тем для воспламенения сухой древесины достаточно температуры в 300 °С.

Архимед использовал несколько подвижных зеркал, которые совместно действовали как параболический рефлектор.

• Назад