Первостроители... часть 2

Опубликовано: 13 ноября 2016
Просмотров: 45384

 

 

 

Строительство имело достаточный автомобильный парк и железнодорожный транспорт. Что же касается плотничных, опалубочных, штукатурных, малярных работ, то тут дело обстояло хуже: малой механизации было явно недостаточно, да и та, что имелась, была недостаточно эффективной.

Работы можно было оценить так: с точки зрения надежности, прочности, несущей способности - хорошо; с точки зрения  внешнего вида, дизайна, -удовлетворительно.

Отрицательно влияли на качество работ сжатые сроки строительства, погодные условия. Особенностью Игналинской атомной электростанции является то, что закрытые сбросные железобетонные каналы от первого и второго блоков идут к открытой части сбросного канала, «ныряя» под подводящий канал. Само по себе это создавало сложности в производстве работ, а в обстановке форсирования работы, видимо, привело к недосмотру за качеством.

 Строительство подводящего канала...

 

В результате при пробном включении насосов и быстром заполнении сбросных каналов I блока произошло частичное обрушение внутренних стен каналов, что могло бы привести к срыву ввода станции в эксплуатацию. Понадобилась напряженная работа для ликвидации этого обрушения и восстановления каналов. Для ответственного за этот участок работ Ф. Аблязизова (тогда он был зам. главного инженера ЗУС) это было серьезной неприятностью, с которой, он - надо отметить - очень хорошо справился.

 

Сучков; Ф. Аблязизов; Нехай; А.И. Приказчик

 

Пристанционный узел - недаром называется так. Это действительно узел - сравнительно небольшая территория, на которой располагается огромное количество сооружений и коммуникаций, причем на различных уровнях. В земле проложены сборные и сбросные каналы, стальные напорные и сбросные трубопроводы, ливневая канализация, дренажи, кабельные сети. На поверхности расположены трансформаторы, разрядные устройства, железнодорожные пути, пути перекатки трансформаторов, автодороги, опоры трубопроводов, электрические опоры и т.д., и т.д.

Этот узел невозможно развязать в короткий срок. Работы ведутся в течение не одного года.

Получилось так, что стальные напорные и сбросные трубопроводы прокладывались в течение многих месяцев и были сданы под засыпку поздней осенью. Начались морозы, падал снег. Это совпало с засыпкой труб песком и фактически в этот период обеспечить надежное уплотнение песка было невозможно.

Мы предлагали подвести под трубы бетонное основание, но проектировщики, не желая повышать стоимость строительства, требовали от нас, строителей, выполнить уплотнение. И хотя со стороны технической инспекции ЗУС, кураторов заказчика и групп авторского надзора велся непрерывный контроль за уплотнением и оформлялись соответствующие разрешения и документы, брались лабораторные пробы и т.д., летом, после окончания работ, после оттаивания грунта, обнаружилось, что засыпка песком не оправдала себя: трубопроводы дали осадку. Громадные, протяженные трубы диаметром 2020 мм в отдельных местах прогнулись весьма значительно.

Мне пришлось участвовать в комиссионном обследовании этих труб. Мы осматривали их изнутри. Из-за прогиба труб на дне в некоторых местах стояли лужи воды. Глубина этих луж (т.е. величина прогиба) была такова, что вода переливалась за голенища резиновых сапог. Дальнейшая осадка могла привести к аварийной деформации труб, поэтому было принято решение об их усилении. Работа была большая, дорогая и очень срочная. Конечно, она была выполнена опять же ценой аврального и напряженного труда.

 

 Обычные «разборки» на стройплощадке...

 

Большую роль в работе играли отделы Управления строительства. Технические вопросы решались весьма грамотно, продуманно и оперативно техническим отделом, которые долгие годы возглавлял Дубров Виктор Никифорович, безвременно ушедший из жизни к глубокой скорби всех знавших его и работавших вместе с ним.

Вопросы организации работ, технологии, механизации качественно решались в технологическом отделе, уважаемым начальником которого был Михаил Александрович Аверьянов. Вопросами энергообеспечения в Западном управлении строительства ведал Трубин Ефим Феопентович, под надзором которого были все электрические кабельные и воздушные сети и источники энергоснабжения, эксплуатацией которых занималось Управление энергоснабжения (начальник УЭС Белов А.В.).

Все отделы - плановый, сметно-договорной, главного механика, технической безопасности, технической инспекции и др. - и все их работники вносили существенную лепту в общее дело строительства атомного гиганта.

Следует отметить, на мой взгляд, особую атмосферу, которая окружала строительство АЭС со стороны населения Литовской Республики, которое не приветствовало решение тогдашнего правительства о размещении атомной станции на литовской земле. Мне пришлось работать в Сибири и на сооружении Ленинградской АЭС, и должен сказать, что и там, и там окружающее население более спокойно относилось к соседству с объектами ядерной энергетики. Размещение же ИАЭС на территории Литвы вызвало неприязнь среди населения к такому решению.

В 1971-1972 годах мне приходилось неоднократно бывать в служебных командировках в Литве в качестве представителя Северного управления строительства для согласования различных вопросов (выбор площадки строительства, размещение временных городков для рабочих, выбор дорог, источников энергоснабжения, складских территорий и т.д.).

Работы тогда еще не начинались, но хорошо помню, как с каким-то необъяснимым испугом встречали работники различных министерств и ведомств, где мы бывали, известие о намечающемся строительстве Игналинской АЭС. У всех было явное желание: нельзя ли эту станцию разместить где угодно, только не в Литве.

И только когда приходило понимание, что это зависит не от нас - вопрос уже решен «вверху» - тогда начиналось рассмотрение и неохотное согласование наших вопросов и предложений.

Таких поездок было много; принимали в них участие специалисты из ВНИПИЭТ (головной институт по проектированию ядерных объектов) и «Оргстройпроекта».

 

Пимшин Анатолий Васильевич ВНИПИЭТ, авторский надзор на площадке ИАЭС (1980-1996)

 

Осматривали будущую площадку станции и города. Тогда здесь не было ни одного строителя.

Хорошо помню берег озера Висагинас в то время. Лес, который расположен сейчас между клубом «Банга» и зданием самоуправления, в то время был очень молодой. Теперешние взрослые сосны тогда были высотой 2-2,5 метра. Кстати, в некоторых поездках принимал участие будущий начальник строительства Геннадий Максимович Середа, сначала на правах рядового члена комиссий, а затем и в качестве их председателя. Помню, что в комиссиях принимали участие также Павленко Иван Федорович и Дубниченко Анатолий Григорьевич, которые потом стали: первый - зам. начальника ЗУС по общим вопросам, а второй - начальником УПП.

Энергичный, оживленный, импульсивный Г.М.Середа неутомимо месил грязь резиновыми сапогами в дождливую погоду на полях, прилегающих к Дукштасу, выбирая место для будущей Пионерной базы.

Работать впоследствии с Г.М. Середой мне не пришлось.