A+ R A-

Пароходы в огне... 2 часть

 

СУД


Еще не успели в городе затушить все пожары, еще не были извлечены из-под обломков зданий все трупы, как население Галифакса потребовало у губернатора выдать им виновников катастрофы.
13 декабря 1917 г. в уцелевшем здании городского суда началось расследование причин катастрофы. Председателем судебной комиссии назначили Arthur Drayzdeyl (Артура Драйздейла) — верховного судью Канады. В комиссию вошли представители Британского адмиралтейства, капитаны кораблей, известные в городе инженеры и юристы.
Суду было ясно, что причиной катастрофы явилось столкновение пароходов в проливе Тэ-Нарроус. Вначале допросили капитана взорвавшегося парохода. Напомним что команда "Mont Blanc" высадилась в одной миле от горевшего судна на побережье Дартмута и залегла в лесу. Что интересно – все члены экипажа «Mont-Blanc» выжили. За исключением одного , который погиб от падающих обломков. Так как успели высадиться в шлюпки до взрыва.                                              .
При допросе капитан Aime Le Medec (Ле Медэк) детально охарактеризовал погрузку взрывчатки в Нью-Йорке, объяснил причины прибытия в Галифакс и рассказал об инструкциях, которые он получил накануне перед входом в бухту. Он доложил суду, какие он давал гудки и какие делал маневры, потом рассказал, при каких обстоятельствах суда столкнулись (они совпадают с теми, которые нами изложены ранее).
С норвежской стороны показания давал старший штурман (капитан и лоцман "Imo" были убиты при взрыве). Согласно его версии, "Imo" входил в пролив со скоростью не более 5 узлов и отошел влево от оси фарватера, чтобы разойтись с американским грузовым пароходом, который шел им навстречу. Норвежские моряки заявили, что "Mont Blanc" сам подставил свой борт под форштевень "Imo" .
На второй день допроса капитан Le Medec повторил свои показания, а лоцман Mackey под присягой полностью подтвердил все, что заявил Le Medec .
После того как лоцман закончил рассказ о столкновении, Le Medec (Ле Медэку) задали вопрос: «Что произошло потом?» Капитан ответил: «Когда я увидел пламя и дым, я посчитал, что судно взлетит на воздух немедленно. Невозможно было что-либо предпринять. Чтобы зря не рисковать жизнью сорока человек, я отдал команду покинуть судно».
Защитник "Imo" шел на всяческие ухищрения, чтобы сбить с толку французов, доказать их вину и отстоять норвежцев.
У Le Medec не было почти никаких шансов выиграть дело по той причине, что он был капитаном французского судна, а в то время в Канаде очень не любили французов. Это объясняется одним политическим конфликтом в самом начале войны. Многие канадские французы, особенно из провинции Квебек, не хотели воевать на стороне Англии. В провинции Квебек по этому поводу были даже волнения. Слова «французский канадец» в те дни звучали как «изменник». Для жителей Галифакса было более чем достаточно, что судно, погубившее их город, носило трехцветный флаг.
Французского капитана пытались сбить с толку, запутать в его же показаниях о сигналах, которые подавал "Mont Blanc". Но Le Medec оставался спокойным. Газета "Halifax  Herald" («Галифакс Геральд») отмечала: «...на все вопросы судей он давал прямые ответы, его глаза все время смотрели в глаза спрашивающего».
— Ваше судно несло на мачте красный флаг или какой-то другой сигнал, обозначавший, что оно имеет на борту взрывоопасный груз?
—   Нет; сэр.
—   Почему нет?
—   Потому что красный флаг согласно  Международным  правилам означает,  что на судно погружена взрывчатка  или  оно  находится  в  процессе   погрузки или  выгрузки опасного груза.  Нигде в Правилах  не сказано,  что флаг должен быть поднят, когда  судно на ходу, и я полагал тогда, что особенно во время войны было  бы  предпочтительным,  чтобы  никто  не  знал  о моем грузе.

 

Памятник погибшим членам экипажа парохода "Curaca"...

Версия норвежцев сводилась к следующему. Прежде чем "Imo" смог вернуться на свою сторону фарватера, впереди показался буксир "Stella  Maris" («Стелла Марис») с баржами. Он резал им нос, и потому они продолжали движение вдоль берега Дартмута. Когда "Imo" дал один короткий гудок,"Mont Blanc" вовсе не находился близ берега Дартмута, а был на оси фарватера и резал нос "Imo" , который, находясь на траверзе "Stella  Maris" против пирса №9, дал три гудка и пустил машину на задний ход.
В это время расстояние между судами составляло половину — три четверти мили. С машиной, работающей на задний ход, "Imo" носом повернул вправо, в сторону Галифакса, и с этого времени до столкновения его нос даже не поворачивался в сторону Дартмута.
Перед столкновением норвежское судно не двигалось. Потом последовал один гудок "Mont Blanc". "Imo" ответил одним гудком, так как его нос валился вправо.
К этому моменту "Mont Blanc" намного вылез на середину фарватера, но тем не менее суда все же могли разойтись левыми бортами.
Потом французское судно дало два гудка и повалилось влево, подставив свой борт под форштевень "Imo" , который немедля дал три гудка и среверсировал машину, но было уже поздно.


А вот как объясняет, это столкновение американец Felix Rizenberg (Феликс Ризенберг) — капитан дальнего плавания, автор известного учебника по морской практике (1922 г.) и десятка книг о парусных судах.
«Во время официального расследования капитан "Mont Blanc" заявил, что его судно находилось с правой стороны фарватера, примерно в 120 футах от берега Дартмута, что он видел правый борт "Imo" примерно в двух румбах с левой стороны скулы на расстоянии полмили и что "Imo" пересекал его курс, направляясь в сторону Дартмута. "Mont Blanc" дал один короткий   гудок,  показывая,   что  изменяет свой  курс вправо, и уменьшил ход. "Imo" ответил двумя короткими гудками, перебивая его, в нарушение всех правил...
"Mont Blanc" стал поворачивать вправо, а "Imo" влево. Суда быстро сближались. Капитан "Mont Blanc" остановил машину. Когда расстояние между судами составило 150 футов, "Mont Blanc" дал два гудка. Расстояние между судами уже составляло 50 футов, оба сближались правыми бортами."Imo" дал три коротких гудка и задний ход. То же самое сделал и "Mont Blanc". Его руль был положен на правый борт, чтобы отвести нос от другого судна. Но было поздно: суда столкнулись».

Суд проходил в обстановке шпиономании. В каждом действии и маневре французских и норвежских моряков судьи пытались найти злой умысел. Лоцмана Francis Mackey пытались чуть ли не силой заставить отречься от показаний. Была сделана попытка уличить его в пьянстве. Но местный шериф отрицал это, а председатель лоцманской ассоциации Канады заявил, что Francis Mackey является одним из лучших лоцманов ассоциации.
По поводу красного флага на мачте "Mont Blanc" мнения судей разошлись. Большинство считало, что в условиях военного времени этот флаг был бы равносилен самоубийству: дать знать немецким агентам о грузе.
Через несколько дней следствия выяснилось, что "Imo" вообще не имел официального разрешения на выход в море. Капитан судна мог получить его только у капитана третьего ранга Frederick Viyatt (Фредерика Виятта), который отвечал за движение судов на внутреннем рейде. И вообще Viyatt считал, что никакой опасности столкновения судов в проливе Тэ-Нарроус никогда не отмечалось. На суде он обосновывал свое мнение тем фактом, что в этом проливе неоднократно расходились лайнеры "Olympic" («Олимпик») и "Mauritania" («Мавритания»).

 

Кладбище погибших 6 декабря 1917 года в Галифаксе...


4 февраля 1918 г. верховный судья Канады  Arthur Drayzdeyl объявил решение суда. В тринадцати пространных пунктах вся вина была возложена на капитана "Mont Blanc" и его лоцмана. В постановлении говорилось, что они нарушили Правила предупреждения столкновения судов в море. Суд требовал уголовного наказания для лоцмана,   рекомендовал французским властям лишить капитана Le Medec судоводительских прав и осудить его по законам его страны.
Le Medec, Francis Mackey и капитан третьего ранга Viyatt, которого обвинили в том, что он поздно предупредил жителей города о возможном взрыве, были арестованы.
Удивительно, что никому из судей не пришла в голову мысль обвинить в галифакской катастрофе Британское адмиралтейство, которое фактически приказало судну, набитому взрывчаткой, войти в пролив, проходящий через город, и стать на якорь в бухте Бедфорд, где оно должно было ждать формирования конвоя. Бросается в глаза невероятный факт: судно, уже принявшее груз (причем огромную партию взрывчатых веществ), заставили следовать в залив, забитый судами. Почему-то никому не пришло в голову отдать приказ ожидать конвоя на внешнем рейде Галифакса под охраной канонерских лодок. Если бы даже "Mont Blanc" получил в борт торпеду немецкой подводной лодки, то город не пострадал бы. Однако об этом на суде не было сказано ни слова.
В марте 1918 г. дело снова слушалось в Верховном суде Канады. Синдикат капитанов дальнего плавания Франции подал прошение морскому министру страны о защите капитана Le Medec. Через год он и лоцман Mackey были освобождены и обоим вернули судоводительские права.

В начале 1918 г. злополучный пароход "Imo" был снят с мели и отбуксирован в Нью-Йорк на ремонт.

 

"Imo" после взрыва...

Потом его переименовали в "Giverioren" («Гивериорен»). В 1921 г. во время рейса из Норвегии в Антарктику он выскочил на камни и погиб.
Капитан Le Medec служил в фирме "Société Générale  Transatlantique" («Компании женераль трансатлантик») до 1922 г. В 1931 г. французское правительство, как бы подчеркивая невиновность своего флага в столкновении "Mont Blanc" и "Imo" , в связи с уходом на пенсию наградило бывшего капитана парохода, погубившего город Галифакс, орденом Почетного легиона.

 

Яндекс.Метрика