A+ R A-

Пароходы в огне... 1часть

 

Для капитана Kendall (Кендалла) этот рейс был не совсем обычным. Во-первых, помимо важных правительственных пакетов, два дня назад в Монреале на борт "Empress of Ireland" погрузили несколько тонн серебряных слитков, которые оценивались в миллион канадских долларов. Во-вторых, что омрачало Kendall (Кендалла), в первом и втором классах было слишком много знаменитостей и важных персон. Kendall  знал, что эта капризная публика всегда имеет претензии к экипажу судна и требует присутствия капитана в салоне за столом, его личного внимания и заботы. В салон нужно было являться при полном параде и убивать вечера за коктейлями в беседах на модные темы дня, а этого капитан не любил.

Под ходовым мостиком, на пяти палубах лайнера жил своеобразный плавучий город с населением почти полторы тысячи человек: 420 членов экипажа и 1057 пассажиров, из которых 87 - первого, 253 второго и 717 - третьего классов. Среди них были 310 женщин и 41 ребенок.

 

Европейские эммигранты на борту "Empress of Ireland"  ...

В одной из кают первого класса отдыхал в кресле сэр Henry Seton-Karr (Генри Сетон-Карр), член палаты лордов парламента Великобритании, известный в те времена путешественник, охотник и писатель. Сорок пять из своих 62 лет провел он в путешествиях и скитаниях по дебрям Южной Америки и Центральной Африки, за что в 1902 г. был удостоен рыцарского звания. Рядом с ним, также в каюте первого класса, размещалась чета Irving (Ирвингов).  Lawrence  Irving (Лоуренс Ирвинг) - сын выдающегося английского актера Henry Irving (Генри Ирвинга) - был актером, не менее талантливым, чем его отец. Поставленная им в Канаде мелодрама "Тайфун" имела грандиозный успех. Актер должен был возвращаться домой на лайнере "Teutonik" ("Теутоник"), но предпочел более комфортабельное судно и поменял билеты. За ним последовала вся его труппа.

На борту лайнера находилась и Ethel Paton (Этель Патон) - "королева" аристократов из канадского города Шербрук, жена одного из богатейших мануфактурщиков в Канаде.

Среди прочих знаменитостей были известный английский журналист Leonard Palmer (Леонард Пальмер) - редактор журнала "London Financial News" ("Лондон фэйненшиал ньюз"), профессор Cunningham (Каннингам) - директор сельскохозяйственного колледжа в Манитобе, адвокат Gosselin (Госселин)  из Монреаля и David  Riss (Давид Рисс) - канадский предводитель "Salvation Army" ("Армии спасения"). Он возглавлял делегацию из 176 представителей этой организации от города Торонто на Международную конференцию членов "Salvation Army" в Лондоне.

Более скромная публика ехала в третьем классе, на самых нижних палубах. Под ними в котельном отделении парохода трудился с лопатой обнаженный по пояс Ted Fitchet (Тэд Фитчет) - известный английский боксер. Обливаясь потом, он кидал в ненасытные пасти топок уголь и проклинал свою судьбу. Его звезда закатилась, когда "Black Allen" ("Черный Аллен") свел с ним бой на ничью в Монреале. Потом начались первые поражения, пошли нокауты... Профессиональный боксер пытался стать тренером, но для этого в Канаде ему не хватало популярности. Чтобы добраться до родного Брэдфорда в Англии, ему пришлось на рейс наняться кочегаром. Ted Fitchet думал о победах на рингах Англии своего старшего брата William Fitcher (Вильяма Фитчета), чемпиона страны, который уверенно шел к спортивному Олимпу. Ted Fitchet дал себе слово вернуться осенью в Монреаль и показать канадцам, что он тоже достоин титула чемпиона.

Через переборку котельного отделения парохода у паровых машин суетился с масленкой Frank Tower (Френк Тауэр) - вторая знаменитость пароходного "чрева" - человек, который чудом избежал два года тому назад гибели на "Титанике". Он был там смазчиком. Когда вода огромным каскадом стала врываться в машинное отделение, Тауэра сбило с ног, закружило потоком и прижало к решетке ограждения трапа. Он собрал последние силы и вырвался из этого ада на палубу, а когда "Титаник" стал погружаться, прыгнул с палубы в ледяную воду и вплавь добрался до одной из шлюпок. Теперь он работал на "Empress of Ireland" , и называли его не иначе как "Lucky Tower" ("счастливчик Тауэр").

Судно продолжало идти по заливу Св. Лаврентия восемнадцатиузловым ходом. На его палубах слышались мерное постукивание паровых машин, журчание воды перед острым форштевнем и гул огромных труб.

 

Лайнер "Empress of Ireland"

Около 2 часов ночи внезапно со стороны побережья Квебека на залив опустился редкий белесый туман. Видимость ухудшилась. Kendall (Кендалл), приказав старшему штурману Edward Jones (Эдварду Джонсу) сбавить ход до 15 узлов и внимательно следить за горизонтом, спустился к себе в каюту.

Пароход приближался к мысу Нок-Пойнт, что расположен в семи милях в сторону океана от мыса Фазер. Буй с газовым фонарем, ограждавший отмель этого мыса, то исчезал, то снова появлялся в тумане. Чувствуя, что видимость резко ухудшается, Edward Jones послал матроса за капитаном.

Едва Kendall вошел в штурманскую рубку, как с фок-мачты раздался звон колокола и с "вороньего гнезда" послышался крик впередсмотрящего матроса первого класса John Carroll (Джона Кэррола): "Полтора румба справа по носу вижу топовые огни парохода!"

Капитан взял ночной бинокль - расстояние между судами составляло около 6 миль. Он приказал изменить курс судна на 26 градусов вправо с таким расчетом, чтобы встречное судно было у него в 3-4 румбах слева по носу.

Когда расстояние между двумя судами сократилось примерно до 2 миль, с правого берега залива стала наползать густая полоса тумана. Было видно, что она ляжет на воду как раз между идущими навстречу друг другу судами.

Капитан Kendall передал машине "полный задний ход" и дал три коротких гудка. В ответ из тумана послышался один длинный гудок (позже, на суде  Kendall сказал, что их было два). Его подал норвежский пароход "Storstad" ("Сторстад"), который шел навстречу, в Монреаль. Это грузовое судно валовой вместимостью 6028 рег. т было зафрахтовано канадской фирмой "Dominion koalas  Company" ("Доминион коал компани") и с грузом 11 тыс. т угля сейчас подходило к мысу Фазер, чтобы взять лоцмана для следования вверх по реке. Вахту нес старший помощник капитана Alfred Toftenes (Альфред Тофтенес). Сам капитан Thomas Anderson (Томас Андерсон)  в эту минуту находился у себя в каюте с женой. Старший помощник имел указание вызвать капитана на мостик немедленно в случае ухудшения видимости. Но Alfred Toftenes выполнил это указание слишком поздно. Нагнувшись над переговорной трубой, он крикнул в капитанскую каюту: "Господин капитан! Видимость резко снижается! Огни мыса Фазер скрываются в тумане!" Он даже не побеспокоился сообщить капитану, что за пеленой тумана идет встречное судно, с которым нужно разойтись.

 

Пароход "Storstad" ("Сторстад")

Капитан Thomas Anderson прибежал на мостик. В тумане, уже совсем близко, он увидел, кроме топовых, зеленый отличительный огонь правого борта большого лайнера.

В это время на "Empress of Ireland" капитан Kendall приказал застопорить работавшие на задний ход машины и дал один длинный гудок, показывая этим, что руль его судна положен на правый борт. Прошло всего 2 минуты, и Кендалла охватил ужас: с правого борта из тумана на него надвигались красный и зеленый огни парохода. Расстояние между судами не превышало 100 м. Капитан Kendall положил руль на левый борт и дал машине полный ход вперед. Но уйти с дороги неизвестного парохода Kendall (Кендаллу) не удалось...

Прямой форштевень "Storstad" ударил под углом 35 градусов спереди в правый борт лайнера, войдя в корпус почти на 5 м. Удар пришелся в четырех метрах позади водонепроницаемой переборки, разделявшей котельное отделение парохода на два отсека. В момент удара появился сноп искр и был слышен сильный металлический скрежет. Инерция "Storstad" была значительна, и его носовая оконечность с усиленным набором шпангоутов для плавания во льдах произвела большие разрушения в борту канадского лайнера. Правый становой якорь норвежца при этом сыграл роль консервного ножа. Он как бы вскрыл и разрезал на протяжении нескольких метров обшивку лайнера. Подводная часть форштевня "Storstad" вошла внутрь продольной угольной ямы парохода, а верхняя его часть над водой произвела опустошительные разрушения жилых помещений второго класса. Несколько человек на борту лайнера было раздавлено.

 

Схема столкновения...

Как только суда столкнулись, капитан Kendall  выбежал на крыло ходового мостика, схватил рупор и закричал в сторону "Storstad": "Не отходите назад! Дайте полный пар на передний ход! Работайте ходом вперед!" Он отлично представлял себе величину пробоины и знал, что если норвежец выдернет из нее нос, вода быстро затопит пароход. С ходового мостика "Storstad"  капитан Thomas Anderson, сложив рупором ладони, кричал: "Моя машина работает на задний ход! Ничего не могу сделать!"

Через минуту-вторую нос норвежского парохода со скрежетом выдернулся из пробоины, и суда расцепились: "Storstad" отошел назад, а "Empress of Ireland", подхваченный течением реки, был отнесен от места столкновения на полмили.

Площадь пробоины в борту лайнера составляла 350 квадратных футов. Каждую секунду внутрь парохода вливалось около 300 т воды. Из открытых дверей угольной ямы она хлестала в оба котельных отделения. Система автоматического закрывания дверей водонепроницаемых переборок не сработала. Механики успели закрыть лишь одну дверь: вода имела свободный доступ в корпус судна. В котельном отделении она скапливалась под котлами и через открытые двери сильным потоком устремлялась в машинное отделение, затопляя все коридоры и проходы нижней палубы. Приняв тысячи тонн воды в помещения, расположенные со стороны пробитого борта, пароход стал быстро крениться.

 

Трагедия запечетлена в журнале "Life"...

Что происходило в эти минуты в гигантском чреве парохода, можно судить из описаний очевидцев катастрофы. Канадец John Bowler (Джон Боулер), пассажир третьего класса, писал: "За несколько секунд до столкновения я случайно открыл иллюминатор каюты и застыл от ужаса - из тумана на борт надвигался черный нос какого-то парохода. Он вошел в борт где-то рядом с моей каютой. Я быстро оделся и выбежал из каюты в коридор, где едва не был сбит с ног бежавшей толпой. Если бы я не обладал достаточной физической силой, я бы никогда оттуда не выбрался". А вот как описывает свое впечатление профессор Cunningham (Каннингам): "Я лежал в каюте и дремал. Удар мне показался не очень сильным. Потом что-то затрещало. Переборка под моей ладонью, когда я до нее дотронулся, вылезая из койки, казалось, гнулась. Она издавала скрипящий звук. Я выбежал из каюты. Пока я добирался до трапа, палуба буквально уходила из-под ног. Я слышал оглушительный рев вливавшейся где-то воды".

 

 

Яндекс.Метрика