В.В.Григорьев

Опубликовано: 11 октября 2006
Просмотров: 257473

 

 О масштабах применения этого способа дает представление такая цифра: было поставлено более 13 километров плетнерешетчатых запруд. Они не стали каким-то чудодейственным средством, решавшим все наши проблемы, да и не на всех перекатах могли быть использованы. Но струенаправляющая «инженерия», такая простая на первый взгляд и такая хитрая, заняла почетное место в общем арсенале средств и приемов, обеспечивавших проход кораблей по Западному Бугу. И не раз я слышал:— Пораньше бы нам заполучить этого деда!— И мотопонтонный батальон тоже! — добавляли другие.Проводив корабли через последний перекат, старый полесский речник отбыл на нашем связном самолете в родные края. За помощь, оказанную флотилии, он был награжден орденом Красной Звезды. С наградами возвращались в свою армию также майор Орецкий и многие бойцы его батальона.На последних километрах было два участка с глубинами всего 30–35 сантиметров. Эти перекаты, хотя и короткие, заставили еще раз напрячь все силы, использовать все, что могло помочь продвижению кораблей. Но бугская эпопея днепровцев, которую Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов назвал потом массовым подвигом, не имеющим примеров в практике речных флотилий, подходила к концу. 15 октября вся 1-я бригада кораблей — основная боевая сила флотилии — сосредоточилась вблизи линии фронта. Изготовленные к бою бронекатера и плавбатареи (последние прошли по Бугу в расчлененном виде: на одном понтоне само орудие, на другом — броневой щит) выводились в назначенные им районы огневых позиций.Подходила к фронту и 2-я бригада, спущенная на воду на полмесяца позже. Ей было уже легче идти проторенным путем. Да и уровень воды стал повышаться — пошли наконец осенние дожди.Лишь от проводки по Бугу двухбашенных бронекатеров, имевших слишком большую осадку, пришлось все-таки отказаться. Их, не спуская в Малкиной Гурне на воду, вернули пока в Пинск.Но и без них мы имели в строю 24 бронекатера — по дивизиону в каждой бригаде. А всего в бассейн Вислы прибыло 104 вымпела. Некоторые корабли приобрели к тому времени новые боевые качества, расширявшие возможности их использования. Отряд катеров ПВО (они, как уже говорилось, могли решать самые различные задачи), которым командовал капитан-лейтенант А. П. Исаев, был вооружен «катюшами» вместо 37-миллиметровых зенитных полуавтоматов, и эти катера мы стали называть минометными. На нескольких бронекатерах, побывавших на ремонте в Киеве, пусковыми установками для эрэсов заменили пулеметы. Инициатором (а также и непосредственным организатором) частичного перевооружения этих кораблей был начальник нашего орготдела Иван Григорьевич Блинков.В штаты флотилии включили теперь и стрелковое подразделение — отдельную роту берегового сопровождения кораблей: три взвода автоматчиков и батарею 82-миллиметровых минометов, всего 260 бойцов. Роту укомплектовали в основном краснофлотцами и старшинами, переведенными с Волги, где по завершении траления свертывались наблюдательные посты. Но были тут и переодетые в армейские гимнастерки с флотскими тельняшками молодые полесские партизаны — их направил к нам Алексей Ефимович Клещев. А моряков из отряда, которым в первых припятских десантах командовал Николай Чалый, распределили по взводам как ветеранов.Рота на автомашинах прибыла из Пинска в район сосредоточения флотилии близ устья Нарева. Капитан Старостин, назначенный ее командиром, был офицером с боевым опытом. У краснофлотцев чувствовалось приподнятое настроение. Однако, знакомясь с ними, я услышал и претензию: оказывается, не всем нравилось название «рота сопровождения». — Как же вы хотите называться? — спросил я.Ответили дружно:— Морской пехотой!Объяснил, что, как бы ни именовалась рота, они теперь самые настоящие морские пехотинцы и делать им предстоит все, положенное морской пехоте, а прежде всего — ходить в десанты.