В.В.Григорьев

Опубликовано: 11 октября 2006
Просмотров: 205489

 

По прошлогоднему опыту, когда готовилось перебазирование с Волги на Днепр, мы создали несколько рекогносцировочных групп для ознакомления с обстановкой в районе будущих боевых действий флотилии и выбора подходящих мест для спуска кораблей (Брест являлся отнюдь не единственно возможным). Однако решение о дальнейшем использовании флотилии, которое сообщил нам Главморштаб, оказывается, было еще не окончательным.Из Москвы позвонили по ВЧ. В трубке послышался знакомый, как всегда очень спокойный, голос вице-адмирала Г. А. Степанова.— Мы здесь обсудили ваше положение, — начал он. — Канал разрушен, железную дорогу восстановят еще не скоро, а когда войска фронта окажутся на берегах польских рек, сказать пока трудно... В связи с этим есть мнение: не выгоднее ли использовать ваши боевые соединения в другом месте, расформировав Днепровскую флотилию как таковую? Как вы на это смотрите?Не будь слышимость такой четкой, я, пожалуй, усомнился бы, правильно ли понял сказанное. Взяв себя в руки и тщательно выбирая слова, ответил, что такое решение представляется по меньшей мере преждевременным. Повторил как важнейший аргумент (об этом уже докладывал телеграфно), что командующий 1-м Белорусским фронтом высказал желание видеть Днепровскую флотилию действующей на реках Польши. Настойчиво попросил согласовать с маршалом Рокоссовским любые возможные решения.Степанов выслушал меня, не прерывая. Потом все так же спокойно заключил:— Хорошо, мы еще раз обсудим. Только помните: если флотилия где-нибудь застрянет, не дойдя до фронта, ответственность ляжет на вас.Стало ясно, что решение в наркомате пока не принято — со мной просто советовались. Но в сознании не укладывалась сама мысль о том, что флотилия может так внезапно прекратить свое, существование.«Использовать соединения в другом месте»? Не трудно догадаться: на Дунае. Дунайская флотилия, возрожденная на базе Азовской, была, как мы знали, сосредоточена в районе Одессы, освобожденной еще весной, и готовилась вернуться на великую реку, имя которой носила. Разве не хотел бы и я вернуться туда, где начинал войну, обороняясь, и где настало время наступать! Однако был убежден, что Днепровская флотилия не исчерпала своих боевых возможностей и способна еще немало сделать для победы.Мы собрались вчетвером — с членом Военного совета, начальником штаба и начальником политотдела. И я рассказал о состоявшемся телефонном разговоре. Товарищи отнеслись к услышанному от меня неодинаково. Было высказано и такое мнение, что руководству виднее: наши корабли, очевидно, пригодились бы и на Дунае; что перебазирование, может быть, не следует форсировать... Но Боярченко и мысли не допускал о расформировании флотилии. Он был безоговорочно за то, чтобы она выдвигалась на новые рубежи как можно быстрее.Скажу сразу же, в наркомате, насколько мне известно, больше не возвращались к вопросу, поднятому в том разговоре по ВЧ. А возникшее было ощущение неопределенности помог сбросить вызов на КП фронта: 23 июля маршал Рокоссовский приказал мне быть у него под Ковелём на следующий день к двенадцати ноль-ноль.На фронте успели произойти важные события. Наши войска форсировали Западный Буг, вступили на территорию Польши. Освобожден был Хелм, шли бои за Люблин.— Ну что ж, товарищ Григорьев, — сказал командующий фронтом, — для моряков наступает время снова включаться в боевую работу. Наши войска приближаются к Висле. Готовьтесь к переразвертыванию засучив рукава, согласовывайте все, что необходимо, со штабом фронта. Дорога восстанавливается полным ходом, платформы подадут без задержки.Вернувшись в Пинск, я телеграфировал начальнику Главного морского штаба вице-адмиралу В. А. Алафузову, что предполагаю грузить 1-ю бригаду кораблей на платформы в Пинске, а спускать на Вислу в Демблине, 2-ю бригаду грузить в Мозыре и спускать на Западный Буг в Бресте. Пункты спуска кораблей на воду указывались ориентировочно.