A+ R A-

Вернувшиеся из пучины часть 2

Содержание материала

 

 

    НЕСКОЛЬКО НЕОБЫЧНЫХ ИСТОРИЙ ИЗ ВОДОЛАЗНОЙ ПРАКТИКИ

 

 

 Профессию водолаза часто считают романтической, наполненной поисками подводных кладов и затонувших судов, встречами с осьминогами и разными морскими диковинами. Спору нет, водолазам многое приходится повидать на своем веку, но для них водолазное дело-это прежде всего труд, нередко опасный и всегда тяжелый. Несомненно, есть много занятий, куда более прозаичных, но не это определяет существо водолазной профессии. Хотя в наши дни водолаз связан с поверхностью не только сигнальным  концом, но и телефонным кабелем, позволяющим ему слышать голоса оставшихся наверху товарищей, сообщать им о своих действиях, а если потребуется, и попросить о помощи, -  все же там, в морских глубинах, водолаз во многом предоставлен самому себе и от проявленной им решительности, смелости и находчивости нередко зависит его жизнь. Бывает, что водолазы, как и все мы, попадают в комические ситуации, правда несколько специфического характера; случается также, что они становятся невольными свидетелями или участниками подлинных трагедий. Описанию нескольких историй из жизни водолазов и посвящена эта глава.

 

Опасности, подстерегающие водолазов...

 

 

    РАССКАЗЫ О ВОДОЛАЗАХ

 

 

  Вскоре после окончания Крымской войны (1853-1856) у развалин севастопольского форта Павел, работал водолаз. На дне реки он обнаружил батарею полевой артиллерии. Скелеты людей и лошадей громоздились в виде огромных куч. Один скелет солдата в обрывках мундира все еще сидел на лошадином хребте, охваченном остатками сбруи. Ноги всадника так и остались в стременах.

     Аналогичный случай произошел после первой мировой войны с водолазом отдела спасательных работ британских ВМС, обнаружившим мертвеца, который сидел прямо в кресле на корме судна на глубине  22 м. Человек, казалось, просто заснул. Над ним чуть колебался в воде приспущенный корабельный флаг. Перед тем как приступить к работе, водолаз поднял флаг на вершину флагштока.

     -  Мне  не хотелось заниматься своим делом под приспущенным флагом,  - объяснил он потом.

     В 1893г. водолаз по имени Джонсон поставил не превзойденный до настоящего времени рекорд по обнаружению под водой небольшого предмета. Человек, ловивший рыбу у побережья графства Йоркшир,  случайно уронил в воду часы с цепочкой. Часы были фамильной драгоценностью его жены. Незадачливый рыбак заверил Джонсона, что точно знает место, где уронил часы, и умолил его попытаться их отыскать. Глубина там была всего 18 м. Джонсон облачился в скафандр и отправился под воду. Уже через 15 мин он  снова был на поверхности, держа в руке часы и успевшую прицепиться к ним морскую звезду. Водолаз залил внутренность часов оливковым маслом, что спасло механизм от повреждения морской водой. Часы потом безотказно служили их владельцу.

     Спустя несколько лет в одном из английских морских портов отличавшийся исключительной  проницательностью полицейский офицер привлек водолазов к расследованию дела об убийстве женщины. Полицейский предполагал, что орудием убийства явилась бутылка и, основываясь на положении тела убитой, подозревал, что бутылка была выброшена убийцей с причала в море. Он послал водолазов на поиски бутылки.

     Те действительно нашли на дне моря в указанном месте осколки бутылки. Полицейский, воспользовавшись в качестве основы куском глины, собрал осколки вместе. На  донышке  бутылки он  обнаружил не только название фирмы, ее изготовившей, но и номер серии, по которому удалось установить, в какой трактир поступила затем эта бутылка со спиртным.

     Путем проверки и сопоставления дат, а также опроса ряда лиц полицейский смог выявить  предполагаемого убийцу, который вскоре сознался в своем преступлении.

     Эта история случилась в Лэк Суилли, маленьком портовом городке во время первой мировой войны.  Туда для ремонта было прибуксировано  торпедированное судно, и один из водолазов, спустившись в залитый водой трюм, обнаружил там ящик с виски. Внутри каждой бутылки было некоторое количество морской воды, попавшей туда отчасти за счет сжатия того небольшого объема воздуха, который всегда присутствует в каждой бутылке, если только она не заполнена до самого горла. Однако водолаза не смутило не очень высокое качество образовавшейся смеси, и он, поднимаясь на поверхность, тайком прихватил с собой бутылочку.

     Вечером он вместе с двумя другими водолазами решил отведать дарового виски и будучи хозяином  бутылки первым сделал солидный глоток. Через несколько секунд он рухнул навзничь и скончался, прежде  чем его товарищи успели привести врача. Из его рта доносился отчетливый запах горького миндаля.

     В числе прочих грузов на судне находилось некоторое количество цианистого калия, который растворился в морской воде, залившей трюм, и просочился в виски мимо обжатой давлением воды пробки.

     Другой, похожий на первый случай, правда с более счастливым концом, произошел уже после войны. Водолазы занимались разгрузкой затонувшего судна, отправляя на поверхность груз из его трюмов. Но один из них, хотя и провел под водой несколько часов, так и не застропил ни одной партии груза.

     Когда он поднялся на поверхность и вскарабкался по трапу на палубу, его начальнику показалось, что тот не слишком уверенно стоит на ногах.

     -  Ты, случаем, не заболел? - озабоченно спросил он водолаза, лишь только успел снять с него шлем.

     - Я здоров, в... полне здоров, - заплетающимся языком ответил водолаз.

     Он был несомненно пьян, что, однако, представлялось невероятным, поскольку под воду он отправился абсолютно трезвым. На следующее утро руководитель работ лично освидетельствовал водолаза и, объявив,  что тот трезв, "как лошадь на похоронах", снова послал его на разгрузку.

     На поверхность водолаз поднялся в стельку пьяным.

     Проверили декларацию судового груза и обнаружили, что как раз в том трюме, где работал водолаз,  действительно должно было находиться несколько ящиков с виски. Оставалось только неясным, каким образом оно попало в его желудок.

     Когда судно тонуло, сильно накренившись на нос, в углу между переборкой и подволоком трюма остался  воздух. Найдя ящик с виски, водолаз вскоре обнаружил и этот воздушный пузырь, давление в котором  было, естественно, таким же, как и в его водолазном костюме. Он взял бутылку, уселся поверх ящиков так, чтобы его шлем оказался выше уровня воды, отвинтил иллюминатор шлема,  отбил  у  бутылки горлышко  и  спокойно напился на глубине 18 м от поверхности моря.

     Стоило судну по какой-либо причине изменить свое положение настолько, чтобы пузырь воздуха переместился из того угла,  где он находился, и водолаз немедленно захлебнулся бы. Однако, как заметил однажды Роберт  Дэвис, "нервы - непозволительная роскошь для водолазов".

     Еще один водолаз "без нервов" как-то раз занимался весьма прозаическим делом - очищал с помощью жесткой щетки и других инструментов днище судна от обрастания. Его обслуживающий, находившийся на палубе, случайно взглянув за борт, увидел, что там плавают орудия его труда.

     Он тут же испуганно запросил водолаза по телефону, не случилось ли с ним чего, но ответа не получил. Повторные вызовы также оказались безрезультатными. Окончательно встревоженный обслуживающий  попытался получить ответ с помощью сигнального линя - способ, известный всем водолазам. Это наконец принесло свои плоды.

     -  Какого дьявола тебе надо? - послышался из телефонной трубки голос водолаза.

     - Чем вы сейчас занимаетесь? - спросил его по телефону наблюдавший за происходившим начальник.

     - Что я делаю? Чищу проклятый корпус! А что же еще, по вашему мнению, я могу делать?

     -  В самом деле?  - промурлыкал начальник. - И чем же вы его чистите? Собственными ногтями?

     Наступила томительная пауза, во время которой водолаз лихорадочно шарил вокруг себя в поисках инструментов, уже давно плававших на поверхности.

     Бедняга просто заснул под водой.

     Другой английский водолаз Джеймс Ситрин был столь авторитетным специалистом в своем деле, что Лнверпульская ассоциация спасательных и судоподъемных работ направила его однажды на острова Зеленого Мыса только для того, чтобы он нашел течь в корпусе деревянного судна. Ситрин ворчливо заметил, что не встречал еще водолаза, которому удалось бы обнаружить течь в деревянном судне, однако все же поехал.

     Уже несколько водолазов до него тщетно пытались найти злополучное отверстие, и к моменту прибытия Ситрина на борту судна находился испанский водолаз, оказавшийся ничуть не более удачливым, чем его  предшественники. Водолазные беседки, подвешенные на носу и корме судна, не были демонтированы, поэтому Ситрин, облачившись в скафандр, погрузился под воду.

     Гавань, где стояло судно, была открытой; со стороны Атлантики шла солидная волна. Ситрин с трудом удерживал равновесие. Он опустился на нужную глубину менее чем за две минуты. В этот момент большая  волна почти сбила водолаза с ног, и он в поисках опоры уперся рукой в корпус судна.

     Его рука попала как раз в ту дыру, которую так долго искали. В устаревшем скафандре Ситрина не было  телефона, поэтому все, что ему оставалось - это просигналить: "Запутался, шлите водолаза". Испанца быстро затолкали в скафандр и отправили спасать Ситрина. Тот схватил  своего "спасателя" за руку, всунул ее в отверстие, вытащил собственную руку и поднялся на поверхность. На судне он сказал, что оставил испанца караулить дыру, и отбыл в Англию.

     Судно было отремонтировано, а репутация Ситрина еще более упрочилась.

     Как известно, операции по подъему судов ведутся в самых различных районах земного шара. Так, в Советском Союзе, на реке Северная Двина, русские водолазы продолжали заниматься подъемом затонувшего судна в течение суровой полярной зимы. Они работали на льду реки, промерзшей до глубины более метра. Чтобы обеспечить спуск водолазов, во льду делали проруби, рядом с которыми ставили воздушные насосы. Обслуживающие  водолазов не только внимательно следили за сигнальными концами,  но и периодически удаляли образовывавшийся в проруби лед.

     Один из немногих  засвидетельствованных случаев нападения кальмара на водолаза произошел в декабре 1923 г., когда французский водолаз Жан Негре работал на затонувшем линкоре "Либерте" в гавани Тулона. Кальмар набросился на него со спины и прочно обвил свои щупальца вокруг воздушного шланга и страховочного конца. Так их вдвоем и подняли на поверхность, и даже там кальмар не хотел выпускать свою жертву, так что его пришлось разрубить на куски. При этом гораздо большую опасность для водолаза  представляли удары топора, а не насмерть перепугавшийся кальмар.

     С американскими водолазами также  случались неприятные происшествия. В 1921г. небольшая самоходная баржа, развозившая грузы в Мексиканском заливе между городом Галвестон, штат Техас, и   мексиканским портом Тампико, наскочила на обломки судна и затонула.

     Экипаж перешел на большой спасательный плот, добрался до берега, сообщил о случившемся судовладельцу и стал ждать прибытия водолаза. Водолаз Глен Блейк, собиравшийся второпях, явился на  место происшествия лишь с воздушным насосом и скафандром. В качестве водолазного бота пришлось использовать спасательный плот. В центре плота установили насос, с кормы спустили трап, и Блейк пошел под воду. Когда он опустился на дно, поблизости показалось около дюжины акул. Один из двух матросов,  крутивших маховик насоса, улучив момент, сильно ударил ломиком по голове подплывшую к самому плоту акулу.

     Результат оказался совершенно неожиданным. Прыжком, посрамившим бы и марлина, акула выскочила  из воды и плюхнулась на середину заполненного людьми плота. Ударом хвоста она напрочь отломила стальную рукоятку маховика насоса толщиной около 20 мм. От непрекращавшихся ударов хвоста акулы у плота разошлось несколько швов и он стал быстро заполняться водой.

     Все находившиеся на плоту люди сбились в его кормовую часть. К счастью, кто-то вспомнил, что, с того момента как акула оказалась в их компании, водолазу перестали подавать воздух. Двое из команды стали отвлекать акулу, а остальные поспешно вытащили Блейка на плот. Его лицо посинело, но он еще дышал. Пока с водолаза снимали шлем и ботинки со свинцовыми подошвами, один из матросов выхватил из ножен, висевших на поясе Блейка, тяжелый нож и вспорол акуле брюхо.

     Блейк выжил. Акула нет.

     Примерно в то же время двое водолазов из Нью-Йорка Билли Бурке и Эл Бламберг, были посланы во Флориду, чтобы ликвидировать пробоину в солидных размеров шхуне, проломившей себе днище на реке Эверглейдс.

     Предстоявшая им работа была вполне привычным делом, необычным было только одно - аллигаторы.  Река буквально кишела ими. А из оружия на шхуне имелась всего лишь мелкокалиберная винтовка со  скудным запасом патронов. Место было удалено от жилья, судовладельцы спешили, и посылать кого-либо вниз по реке за дополнительным оружием означало бы нежелательную задержку с ремонтом.

     В конце концов порешили, что когда водолазы будут находиться под водой, их станут охранять старший  помощник капитана, который будет находиться на палубе с винтовкой в руках, а также двое матросов с баграми - они должны были отражать непосредственные атаки аллигаторов. Для нанесения упреждающих ударов предназначалась своеобразная "тяжелая артиллерия". В качестве таковой на конце грузовой стрелы  шхуны был подвешен жернов. Работы по заделке 9-метровой пробоины заняли  несколько месяцев. За это время матрос, ведавший "стрельбой"  жерновом, так наловчился, что в реке почти не осталось аллигаторов  и уж во всяком случае  никому из них не приходило в голову нападать на водолазов.

 

 

Яндекс.Метрика