A+ R A-

Вернувшиеся из пучины часть 1

 

 

    ВТОРАЯ ПОПЫТКА ПОДНЯТЬ "ГИНДЕНБУРГ"

 

 

 Однако  мысли Кокса были  заняты другим. Он чувствовал себя готовым к тому, чтобы еще раз попробовать поднять "Гинденбург". Пережитые когда-то неудачи  задели  его самолюбие, и он твердо решил на этот раз выйти победителем.

     Работы начались в январе 1930  г. с  капитального  ремонта  и переоборудования  четырех  секций доков. К концу апреля все они  были  снова установлены  над  крейсером. Из  800  ранее  поставленных заплат и  закрытий требовалось  заменить только  300. Кроме  того,  необходимо  было  закрыть отверстие, образовавшееся после того, как отвалилась последняя дымовая труба корабля.

     Самую  большую тревогу вызывала, естественно,  совершенно неудовлетворительная  остойчивость  крейсера. Кокс  прекрасно  понимал, что тысячи тонн воды только и ждут  своего часа, чтобы снова опрокинуть корабль. И он распорядился вырезать из одного  из поднятых эсминцев "кусочек" шириной 9  и длиной 12 м - целое машинное отделение. Затем  этот гигантский клин был затоплен  рядом с "Гинденбургом", втиснут под его левую скулу и заполнен 600 т цемента, который  закрыл гребной винт крейсера со стороны левого  борта. В апреле  над главными люками с помощью болтов  прикрепили снабженные фланцами корпуса паровых котлов высотой  6  и  диаметром более 2 м. Они  обеспечивали выход  на  поверхность  и,  кроме  того,  служили  коффердамами.  Гигантский коффердам образовал также загерметизированный мостик  крейсера. С установленного там центрального пульта управления  можно было координировать работу шести  главных  насосных  станций, размещенных  по всему  кораблю. На секциях  доков  установили подъемные  краны,  чтобы опустить  с  их  помощью погружные  насосы,  как  только   уровень  воды  в  корпусе  корабля  начнет понижаться.  К откачиванию воды приступили  15  июля, и всего через  2 ч нос всплыл на поверхность. На этот раз он без всякого крена  выступал из воды на целых 3 м - почти на метр больше, чем в 1926 г. Ничто не предвещало беды.

     И все-таки она случилась. Крейсер внезапно сильно  накренился на правый борт.  Такого  с  ним  еще  не бывало. Не  чувствуя в  себе  сил  продолжать дальнейшую  борьбу,  Кокс  позволил  "Гинденбургу" снова  уйти  на  дно, распорядился  загнать  второй  клин  под  правую  скулу  крейсера,  а  затем отправился в  трехнедельный отпуск  -  первый с начала эпопеи в Скапа-Флоу в марте 1924 г.

     Когда он  вернулся,  работы  опять возобновились. Носовая часть корабля быстро поднялась без малого  на 5  м над  поверхностью моря.  Но тут  начали выгибаться некоторые листы обшивки  вблизи  кормы,  на которую теперь давила вся  огромная  масса  воды внутри  судна.  Кокс  решил  не  обращать на  это внимания,  надеясь, что корабль не  разломится пополам,  пока 90% его объема находятся в  воде. Нос крейсера не обнаруживал намерений  крениться. Успешно завершился подъем и кормовой части.

     Это был единственный раз, когда Кокс  взял с собой на подъем судна жену и  дочь. Отчасти, быть  может, потому,  что стоило  ему  порвать пальто  или испачкать в смазке рукав, как жена неизменно начинала причитать:

     - Посмотри, что ты сделал!

     Если ему случалось идти по наклонной палубе, она тут же кричала:

     - Осторожно, ты упадешь!

     На все это Кокс только бормотал себе свирепо под нос:

     - Эти женщины!

     Но  он  слишком  гордился  "Гинденбургом", чтобы  оставить своих женщин дома. Все  ожидали  представления, и  оно состоялось. Когда  палуба крейсера вышла из воды, Кокс, обутый в сапоги с высокими голенищами, перешел  на борт корабля, чтобы  вступить во владение им. Один  из его  людей,  взволнованный значительностью происходящего, прыгнул вслед за Коксом, но угодил как раз  в скрытое водой отверстие в палубном настиле.  На несколько секунд он исчез, а затем вновь появился, жалобно крича, что не умеет плавать.

     Кокс вытащил его  и в  избытке  чувств  усадил  себе  на  плечи,  чтобы доставить в  безопасное  место.  Но  едва  он  только сделал  шаг,  как  сам провалился в другую  дыру  и  с головой ушел под  воду. Спасенный им бедняга буквально застыл в ужасе, ожидая неизбежного взрыва ярости, когда Кокс снова появился на поверхности. Но Дженни, жена Кокса, опередила своего мужа:

     -  О,  папочка,  -  прозвучал  ее  чистый, нежный голосок, -  ты только посмотри, на кого ты похож!

     23  августа  1930 г.  "Гинденбург"  повели в  Росайт, куда он  и прибыл спустя три дня после исключительно спокойного перехода.

 

 

 

    ЗЛОВОННЫЙ ВОЗДУХ "ФОН ДЕР ТАННА"

 

 

 Работы продолжались, но Кокса  уже толкало на  это только уязвленное самолюбие. На данный момент он оставался в накладе,  потеряв  в  общей сложности 20 тыс.  фт. ст.,  и  хотел  закончить эпопею,  по  крайней  мере  не  потерпев убытка. "Гинденбург"  еще  не  был полностью  подготовлен к буксировке в  Росайт, когда Кокс  со своей командой приступил к подъему линейного крейсера "Фон дер Танн" водоизмещением 20 тыс. т.

 

Großer Kreuzer  S.M.S. Von der Tann  («Фон дер Танн») — первый линейный крейсер ВМС Германской империи эпохи Первой мировой войны. Водоизмещение -21 300т(полное), длина – 171,7м , ширина - 26,6м, высота борта – 13,28м. скорость – 27,4уз, экипаж – 923 чел.

 

 Корабль  лежал кверху днищем с креном в 17° на правый борт на глубине  27 м. Решено  было поднимать  его тем же способом,  что и "Кайзера":  очистить днище, залить бетоном кингстоны и установить воздушные шлюзы.

     Все вроде было ясно, но в  данном случае спасатели столкнулись с  двумя существенными  трудностями.  Во-первых,   для  того  чтобы  достичь  корпуса крейсера,  воздушные  шлюзы  требовалось  значительно   удлинить,  поскольку расстояние от поверхности моря до левого борта составляло почти 7,5 м и чуть менее 30 м до правого. Во-вторых, когда  в  корпусе крейсера  проделали отверстие, оттуда  потянуло  невероятным  зловонием от гниющих водорослей  и останков различных морских животных.

 

Воздушные шлюзы устанавливаемые Коксом...

 

     Беспокоясь о безопасности своих людей, Кокс, как только был  установлен первый воздушный  шлюз,  дважды  продул  весь корпус судна чистым  воздухом. Однако это мало помогло - при работе с кислородно-ацетиленовыми горелками то и  дело возникали  небольшие  пожары  и  даже  взрывы скопившихся  в отсеках горючих газов. Тогда он  распорядился  обработать  весь корабль специальным химическим составом,  ничуть  не  менее  зловонным,  но предотвращающим, как предполагалось, опасность воспламенения газов.

     На  деле  вышло   иначе.   Когда  спасатели  герметизировали  последнюю переборку,  им пришлось разрезать автогеном трубу, заполненную газообразными продуктами разложения. Произошел взрыв. Маккензи  отбросило вверх по трапу с такой силой, что он ударился головой о нижнюю часть комингса люка. Его нашли плавающим вниз лицом в воде и на несколько дней отправили в госпиталь. Трех работавших с горелкой людей  выбросило  в  располагавшийся позади них отсек, который тут  же начал заполняться водой через разрушенную взрывом переборку. Они  вскарабкались в самый  верхний  угол отсека, где  должен был  скопиться находившийся в помещении воздух, и стояли там по  горло  в воде  до тех пор, пока их спустя 3 ч не извлекли спасатели, прорезавшие корпус автогеном.

 

Буксировка Großer Kreuzer S.M.S. Von der Tann («Фон дер Танн»)

 

     "Фон дер Танн" всплыл на поверхность в конце ноября и 5 февраля 1931 г. был отбуксирован в Лайнесс.

 

 

Яндекс.Метрика