A+ R A-

Вернувшиеся из пучины часть 1

 

 

    РОЖДЕНИЕ ИДЕИ

 

 

 Вскоре, приехав в Копенгаген  для переговоров с датской фирмой "Петерсон  энд  Альбек" относительно продажи партии цветных металлов, Кокс завел в владельцами фирмы разговор о нехватке железного лома.  В  ответ Петерсон  полушутливо  посоветовал  ему  воспользоваться тем  самым плавучим доком, чтобы попытаться поднять часть затопленных в Скапа-Флоу кораблей.

     - Я  не предполагаю, что вы сможете поднять  линкоры, но, насколько мне известно,  на  дне  бухты   лежат  тридцать  или  сорок  миноносцев,  причем водоизмещение самого большого из них не  превышает  тысячи  тонн. А  ваш док вполне поднимает и три тысячи тонн.

     В  самом  деле?  Ну, а  почему  он, Кокс,  не  сможет  поднять линкоры? Например, "Гинденбург". Двадцать  восемь тысяч тонн металла  ржавеют на дне, ожидая, пока их кто-нибудь не поднимет. И никто еще до сих пор не  отважился на подобное.

     Тут у Кокса и родилась идея, захватившая его на долгие годы. А уже если Кокс брался за что-либо, то он не терял времени даром. Он провел один день в технической  библиотеке, изучая соответствующую  литературу и обдумывая план дальнейших действий. Затем он отправился в Адмиралтейство и попросил продать ему  "как  есть" несколько  миноносцев,  лежащих  на  дне  бухты Скапа-Флоу. Чиновники Адмиралтейства отнеслись  к просьбе Кокса с предельной честностью. Они предложили ему предварительно  лично осмотреть  местонахождение кораблей и,  что было еще более важным,  дали ознакомиться  с  докладом о результатах обследования Скапа-Флоу официальной комиссией Адмиралтейства, посетившей его пятью годами ранее.

     "Вопрос о  подъеме судов полностью отпадает", - говорилось в докладе, - а  поскольку они не мешают судоходству, нет смысла даже взрывать  их.  Пусть лежат и ржавеют там, где они затонули".

 

    Опрокинутый   SMS "SEYDLITZ"

 

 

Притопленный  " DERRFLINGER "

 

     Миноносцы  лежали на  дне  вокруг своих  швартовных  бочек  такими беспорядочными грудами, что, согласно заключению  экспертов,  их подъем  был сопряжен с непомерными затратами. Что же  касается больших  кораблей, то для их подъема не годился ни один из существующих методов. Кокс,  однако, был не специалистом, а практиком. Смысл своей  жизни он видел в решении  инженерных задач, и подъем германского флота представлялся ему  просто более сложной по масштабам  операцией. К  тому  же, мнение экспертов Адмиралтейства никак  не могло  повлиять на его  решение хотя  бы потому, что он  так и не удосужился прочитать их доклад.

 

 

    КОКС ПОКУПАЕТ ЛЕЖАЩИЙ НА ДНЕ МОРЯ ФЛОТ

 

 

  Кокс все  же  прислушался к советам  и  направился  в  Скапа-Флоу,  чтобы  лично убедиться  на  месте  в невозможности  подъема хотя бы одного  судна. Затем он вернулся в  Лондон и предложил Адмиралтейству 24 тыс.  фт. ст. за  26  миноносцев и  два линкора. Ошеломленное  дерзостью  Кокса высшее  начальство приняло  деньги. Кокс стал владельцем военно-морского флота.

     Это могло показаться  невероятным, но одного  проведенного в библиотеке дня  и  столь же краткосрочного визита  в Скапа-Флоу оказалось  достаточным, чтобы  наметить  план  действий. Огромный плавучий  док, владельцем которого Кокс так неожиданно стал, обладал подъемной силой, равной  3 тыс.  т;  масса каждого эсминца  составляла от 750 до  1,3 тыс. т. Поэтому, полагал Кокс, он вполне сможет поднимать с помощью  дока по два и даже по три миноносца, если их  почему-либо не  удастся расцепить  под  водой. Пройдет всего  несколько недель и с миноносцами  будет покончено. Деньги, полученные от их продажи на слом, можно  будет  использовать,  чтобы  срезать  носовые, орудийные башни гигантского линейного крейсера " HINDENBURG" ("Гинденбург"),  лежавшего почти на ровном киле на  глубине  18 м, да еще вдобавок на покрытом галькой дне. При отливе башни полностью   выступали  из  воды,  поэтому срезать их с помощью кислородно-ацетиленовых горелок не представит особого труда.

 

  Затопленный  " HINDENBURG "

 

     Деньги от продажи башен пойдут на оплату расходов, связанных с подъемом "Гинденбурга" водоизмещением  28 тыс.т. А когда крейсер будет  поднят, его можно будет использовать  в качестве гигантского понтона для  подъема других кораблей. План был весьма хорош - этакая строгая последовательность заранее предопределенных событий. Он имел только  один недостаток, проистекавший  из абсолютного невежества Кокса  в  вопросах судоподъемных работ: план  не  мог быть осуществлен.

     Но во  всем этом еще предстояло убедиться. А пока в распоряжении  Кокса был  флот, лежащий на  дне Скапа-Флоу, плавучий  док  и  большое  количество якорных  цепей с затонувших  линкоров,  которые он  намеревался использовать вместо  подъемных тросов. У него не  было ни специалистов, ни соответствующего, оборудования. На  острове Хой, где Кокс намечал организовать  штаб-квартиру  по  руководству  и  проведению  всей  операции, полностью  отсутствовали  какие  бы  то  ни было  мастерские, склады,  жилые помещения. Там не было абсолютно ничего, даже электричества.

 

Карта района действий авантюриста Кокса...      

 

  На  другой день  после  оформления покупки  флота Кокс  занялся  наймом людей. С двумя ему  особенно  повезло. Это были  Томас Маккензи и  Эрнест Маккоун,  получившие  впоследствии  прозвище "пара  Маков". Они  образовали главный штаб всех дальнейших операций.

     Покончив с этими делами, Кокс, презрев возражения двух своих помощников (многое из того, что он совершил в последующие годы, шло вразрез их мнению), срезал одну стенку своего U-образного дока и поставил на ее место временную заплату.  Теперь  док  приобрел форму  перевернутой  буквы  Г. Затем  он  до половины разрезал док поперек и  отбуксировал, его за 700 миль на Оркнейские острова.  Там  док был  подтянут  к  берегу  в  Милл-Бей  на  острове Хой  и окончательно разрезан пополам.

     В итоге в распоряжении Кокса оказались две секции сухого дока сечением, напоминавшим  перевернутую букву Г, длиной  по  61 м  и шириной  24,3  м.  В стенках каждой секции размещались насосы, воздушные компрессоры, генераторы, а  также  машинное и  котельное отделения. На палубах  располагалось  по 12 комплектов  грузоподъемных  устройств. В  состав каждого  такого устройства входил  блок грузоподъемностью 100 т и  ручная лебедка с тройной  передачей. Каждый блок, в свою очередь, был соединен с талями грузоподъемностью 100 т, прикрепленными с помощью болтов и  массивных стальных пластин к стенке дока. От талей  отходили подъемные цепи, пропущенные через ручьи шкивов. Свободные концы  цепей свисали через кромку палубы в воду. Для работы на одной лебедке требовались два человека.

 

Рисунок подъемных механизмов Кокса... 

 

     Тут и произошло первое столкновение Маккоуна с Коксом. Маккоун требовал приобрести  стальные  тросы  окружностью  229 мм.  Кокс  настаивал  на использовании  вместо  тросов  старых  якорных цепей, поскольку  каждый трос обошелся бы ему в 2 тыс. фт.ст. В этом споре Кокс  одержал верх, но только на время.

 

Яндекс.Метрика