A+ R A-

Адмирал И.С. Исаков

Содержание материала


Поездка на Дальний Восток произвела сильное впечатление. Долгосрочная программа строительства и развертывания морских сил начала действовать, но нет базы военно-морской науки, нет учебников, наставлений, разработанного опыта минувшей войны, обобщения главных особенностей современного развития на море; морской отдел штаба РККА не может удовлетворить растущий флот, а кадров для самостоятельного морского штаба еще мало; нельзя серьезно работать в штабе без глубоких научных исследований. Эти аргументы Исаков выдвигал, добиваясь, чтобы его отпустили в Ленинград, в академию — преподавать и заниматься наукой. «Никаких учебников или пособий по курсу стратегии не существовало,— писал он тогда — Приходилось учиться самому и постепенно создавать конспекты для слушателей. Но через год я был внезапно привлечен к первой проводке кораблей по только что построенному Беломорско-Балтийскому каналу для формирования Северного флота».

Не так уж внезапно. После комиссии Немитца, работы над планом в штабе РККА и командировки на Тихий океан не было в последнее перед войною десятилетие решающего направления, куда не бросали бы Исакова. В академии за год работы на кафедре стратегии и оперативного искусства он успел прочесть не только курс лекций по десантным операциям, но и оригинальный курс о боевых действиях подводных лодок с выводами-открытиями и долгосрочными прогнозами, подтвержденными практикой второй мировой войны; этот курс стал основой первого тома научного труда «Операции подводных лодок», написанного Исаковым в соавторстве с А. П. Александровым и В. А. Белли. Продолжая готовить книгу «Операции японцев против Циндао», Исаков опубликовал работу «Беломорско-Балтийская водная магистраль» — за полгода до «внезапного назначения» начальником штаба экспедиции особого назначения— ЭОН-1. Исаков писал, что Беломорканал, помимо исторического и народнохозяйственного значения, устраняет стратегическую разобщенность морских театров, позволяя военным кораблям переходить из Балтики на Север.

В апреле 1933 года Ивана Григорьевича Карпова, занятого тогда перестройкой царской яхты «Штандарт» в минный заградитель «Марти», вызвал командующий Балтийским флотом Галлер и сообщил, что, оставаясь командиром минзага, он поступает в распоряжение комиссии Исакова.

Яхта «Штандарт» водоизмещением 4500 тонн, построенная на датской верфи по заказу Николая II, была любимицей императора. Название яхты символично. Штандартом называется флаг главы государства, вывешиваемый над местом, где он пребывает.
 

 

В 1935 — 1936 годах бывшую прогу­лочную яхту, называвшуюся «18 марта», переделали в минный заградитель. Корабль получил не только самые со­временные устройства для постановки 320 мин, но и мощную артиллерию — четыре 130-мм орудия главного калибра, семь 76,2-мм универсальных орудий, три 45-мм зенитные пушки и два спа­ренных пулемета. На минзаге были уста­новлены новые паровые машины, обес­печивавшие скорость хода свыше 14 узлов) и дальность плавания до 2300 миль.В послевоенной период корабль, пе­реименованный в «Оку», продолжал на­ходиться в строю. Он числился в соста­ве ВМФ СССР до конца 50-х годов.



Карпов нашел Исакова в Адмиралтействе.
Объяснив ему цель экспедиции, Исаков отправил его обследовать трассу канала.

Это был новый Исаков, такого Карпов, дружный с командиром  «Кобчика»  с гражданской войны, не знал: деятельный, разносторонний — всем сотрудникам экспедиции давал ясные   задания, результаты требовал в срок, сам организовал в Кронштадте демонтаж эсминцев «Урицкий» и «Куйбышев», сторожевиков новой серии «Ураган» и подводных лодок, сам приводил их в боевую готовность на Белом море.

Сторожевой корабль «Ураган» был вооружен двумя 102 мм артиллерийскими орудиями, тремя полуавтоматическими 45 мм орудиями и трехтрубным торпедным аппаратом для пуска торпед и глубинных бомб. Для обеспечения проводки линкоров через вражеские минные заграждения сторожевые корабли использовали два комплекта параванов типа К-1. Из-за своих «штормовых» названий серия сторожевиков типа «Ураган» получила шутливое прозвище «Дивизион плохой погоды».

 

 

Карпов прислал мне уникальную   фотографию, снятую одним из работников Беломорканала на реке Карелке в устье Свири. «Негатив оказался у меня,— писал Иван Григорьевич.— Я о нем позабыл или попросту утерял. Негатив плохой, любительский. Недавно я его «поднял», хотел сделать сюрприз И. С, не успел. Посылаю снимок Вам. На Карелке стоял деревянный док, у которого один борт, как половинки ворот на петлях, открывался.  В притопленный док входил эсминец. Нос не вмещался, он «висел» за пределами дока. Ворота закрывали, вернее, прислоняли к доку, и щели конопатили. Из дока с помощью водолазов выгружали камни. Откачивалась вода. Док всплывал, поднимая   миноносец на «своей груди». Буксиры тащили док с эсминцем. Вот Исаков и стоит на батопорте, наблюдая за подготовкой дока».

Начальник штаба ЭОН-1 И.С. Исаков на батопорте при подготовке дока с эсминцами к проводке по Беломорканалу. 1933 год.


Два других снимка сохранились в архиве Ивана Степановича. Они озаглавлены: «Прохождение свирских порогов». Один относится к ЭОН-2, после успеха первой Исаков возглавил вторую проводку, справился с ней в ту же навигацию, за что правительство наградило его орденом   Красной Звезды; на мостике «Грозы» стоят Исаков и командир сторожевика Визель. Второй снимок сделан на пороге «Сиговец». С последнего в цуге буксиров судна тянутся тросы на док с поднятым эсминцем. Следует пояснение: «Редчайшая буксировка: т. наз. «упряжка цугом» или цепочкой—7 буксиров. Слева «Шола» с Шмаковым (старший лоцман) — носится вдоль каравана и командует голосом. Коренной — «Восток» с Иванищевым (лоцман), как самый сильный. № 9 и 10 буксиры — поддерживают док с бортов, чтобы не «каталась» корма. Впереди буксир — «указатель» фарватера — разгоняет (останавливает) встречных. Всего—11 буксиров».

«Упряжка цугом» - проводка кораблей ЭОН-2. 1933 год


Проводки кораблей на Север кончились глубокой осенью. Исаков побывал в Архангельске, в Соломбале, в Мурманске, деревянном городке, так зажатом сопками, что думалось — никогда ему не вырасти в мировой порт и не подняться тут, негде и некуда, каменным домам. Но Арктика уже жила будущим, создан Главсевморпуть, в одну навигацию прошел Арктику ледокол «Сибиряков», чего тщетно добивался для своего «Ермака» Макаров. Скоро и Северная флотилия станет Северным флотом. Когда освоят Северный морской путь, исчезнет стратегическая разобщенность и с Тихим океаном — пойдут туда и оттуда боевые корабли через Арктику.

 

Яндекс.Метрика