Советский подводный флот 1941-1945 часть1

Опубликовано: 21 марта 2012
Просмотров: 253849

 

20 сентября акустик старшина 2-й статьи В. В. Леванович доложил, что ясно слышит шумы винтов. Командир стал выходить в торпедную атаку. Подняв на секунду перископ, капитан-лейтенант Макаренков увидел в туманной дымке очертания двух теплоходов и тральщика. Быстро изготовлены торпедные аппараты. Моментально произведены необходимые расчеты и, руководствуясь акустическим пеленгом, командир скомандовал:

— Пли!

Запели винты ринувшихся на врага торпед. Зашипел и ударил в уши воздух. Подводная лодка уходила на глубину.

В отсеки донеслись два взрыва. И в тот же момент из первого отсека последовал доклад, что из торпедного аппарата № 2 не вышла торпеда. Вой ее винтов был слышен по всей лодке. Теперь достаточно было близкого взрыва даже небольшой глубинной бомбы, чтобы приведенная в боевое состояние торпеда мгновенно сдетонировала и взорвалась. Но гитлеровцы не бомбили.

В носовых отсеках стало трудно дышать. От воющей в аппарате торпеды в отсеки шел отработанный газ, стоял тяжелый запах перегоревшей резины и керосина. У многих кружилась голова, стучало в висках.

Торпеда на три четверти своей длины вышла из аппарата, а подводной лодке предстояло еще в последний, четырнадцатый за этот поход раз форсировать вражеское минное поле. Командир понимал, что если минреп какой-либо случайной мины попадет между носовой частью подводной лодки и далеко высунувшейся вперед торпедой, то мину неминуемо подтянет к борту, и тогда неизбежен двойной взрыв—мины и торпеды. Необходимо было разоружить торпеду — вынуть инерционные ударники, приведенные в боевое положение. Выполнить эту сложную и опасную работу добровольно вызвался старший матрос С. Т. Камышев.

Лодка шла с небольшим дифферентом на нос. Нужно было все время точно удерживать ее именно в таком положении, чтобы торпеда не могла сдвинуться назад и ударить о заднюю крышку торпедного аппарата. Любой толчок мог привести к катастрофе. Корабль в этом положении мастерски удерживали боцман мичман Юдин и отличный рулевой подводной лодки старший матрос Гондюхин. Одиннадцать часов, подменяя друг друга, управляли они горизонтальными рулями.

С наступлением темноты подводная лодка всплыла. Но едва успели отдраить рубочный люк, как старший матрос Кунтыш и участвовавший в походе акустик гвардейской подводной лодки «Щ-422» старшина 2-й статьи И. В. Прохоров, один визуально, другой с помощью техники, одновременно обнаружили недалеко от лодки катер-охотник противника. Пришлось срочно погрузиться. Катер два раза прошел над затаившейся подводной лодкой, но бомб не сбросил.

Когда шумы катера исчезли, командир вновь решил всплывать. Всплыв, подводники опять обнаружили тот же фашистский катер, стоявший без хода. Снова лодка нырнула на глубину.

И вот опять приближается шум винтов вражеского катера, он отчетливо слышен во всех отсеках. Вот уже катер «зависает» над лодкой, вслушивается... Сейчас раздастся знакомое бульканье погружающейся в воду глубинной бомбы, и тогда...

В отсеках с волнением ждут взрыва, может быть, последнего в жизни. Мелкая омерзительная дрожь неожиданно пробегает по коже. Некоторые непроизвольно втянули головы в плечи... Но катер и на этот раз не бомбил.

Люди стирают со лба капельки холодного пота. В лодке слышен общий вздох облегчения. Да, мужество — это не значит не бояться смерти. Люди, не ведающие никакого страха, существуют лишь в сказках. Подлинное мужество заключается в способности заставить себя переступить невидимый, но остро ощущаемый рубеж, за которым начинается бесстрашие. Мужество — это преодоление страха, это победа воли над инстинктом самосохранения.

Только в полночь, когда, по докладу акустика, горизонт был чист, «Щ-404» всплыла и осторожно направилась в бухту Цып-Наволок. При подходе к бухте на горизонте был замечен вражеский эскадренный миноносец.

«Щука» застопорила ход. Сергей Камышев, одетый в легководолазный костюм, опустился за борт.

Наступал рассвет. Камышев понимал, что, появись сейчас в небе фашистский самолет, лодка будет вынуждена немедленно уйти под воду. Но, патриот своего корабля, он готов был идти на любую опасность.

— Нельзя же рисковать лодкой и всем экипажем ради одного человека, — заявил отважный моряк.:— Если потребуется, погружайтесь без меня.

Пять раз опускался старший матрос Камышев под воду. Студеная вода резала глаза, однако приказ командира был выполнен. Ударники удалось извлечь, торпеда была обезврежена. И не успел еще Камышев спуститься в люк, как над лодкой на небольшой высоте появился «фокке-вульф». Подводная лодка стремительно пошла на глубину. А в 16 часов 21 сентября «Щ-404» уже входила в родную гавань.

За отвагу и готовность к самопожертвованию, проявленные в борьбе за жизнь родного корабля, командующий флотом вице-адмирал Головко, прибывший для встречи подводной лодки «Щ-404», здесь же, прямо на пирсе, от имени Президиума Верховного Совета СССР вручил торпедисту старшему матросу Сергею Тимофеевичу Камышеву, ранее награжденному орденом Красной Звезды и медалью «За отвагу», орден Красного Знамени.

В 1944 году боцманом Краснознаменной подводной лодки «Щ-404» был назначен старший матрос Гондюхин. А когда «Щ-404» стала в средний ремонт, Гондюхин добровольно ушел в свой шестнадцатый боевой поход на Краснознаменной гвардейской подводной лодке «Щ-402», которой командовал капитан 3 ранга А. М. Каутский, и погиб вместе с кораблем 21 октября 1944 года. На «Щ-402» погиб также и старший матрос М. А. Трофименко. Гибель «Щ-402» была последней в годы Великой Отечественной войны утратой подводников-североморцев.

Краснознаменная гвардейская лодка Щ-402

По ходатайству личного состава подводной лодки «Щ-404» лучший специалист-сигнальщик, рулевой-го-ризонтальщик коммунист старший матрос Иван Егорович Гондюхин, награжденный орденами Красного Знамени и Красной Звезды, приказом командующего Северным флотом навечно зачислен в списки экипажа Краснознаменной подводной лодки «Щ-404».

Старший матрос Иван Егорович Гондюхин

О коммунисте Иване Гондюхине лучше всего можно сказать теми же словами, какими сказал о своем герое-моряке, погибшем в бою, писатель Э. Г. Казакевич: «Ему суждена неповторимая судьба: будучи мертвым, жить».

Нам нельзя забывать о погибших — они делят славу с живыми.