Советский подводный флот 1941-1945 часть1

Опубликовано: 21 марта 2012
Просмотров: 251342

 

«СТАРУШКА» «Д-3»

 

Наиболее успешно на морских сообщениях противника в 1941 году действовала старейшая подводная лодка Северного флота «Д-3». В нескольких ее походах принимал участие командир дивизиона капитан 2 ранга И. А. Колышкин. Не раз «старушка» «Д-3», как ласково называли ее североморцы, попадала в трудные положения, но мужество и мастерство экипажа способствовали успеху.

Д-3 "Красногвардеец"

27 сентября, во время четвертого боевого похода, «Д-3» атаковала в районе Гамвика одиночный танкер противника. Торпеда была выпущена из кормового аппарата, и результат атаки подводники пронаблюдали в перископ. Танкер затонул через пять минут после взрыва.

 

30 сентября «Д-3» находилась вблизи вражеского побережья. Командир лодки капитан-лейтенант Ф. В. Константинов обнаружил в перископ конвой противника из нескольких транспортов, шедших в охранении миноносцев. Подводная лодка стала разворачиваться для атаки и неожиданно на небольшой глубине выскочила на отмель. Положение лодки было критическим — начинался отлив, корпус сидящей на мели «Д-3»  мог показаться из воды, и неподвижная  подводная лодка была бы легко уничтожена противником. Колышкин предложил пойти на оправданный риск — несмотря на присутствие противника, всплыть и сняться с мели в надводном положении. Продули среднюю группу цистерн главного балласта, подводная лодка всплыла, развернулась на виду у вражеских миноносцев, дала полный ход и быстро отошла на более глубокое место. Не успели гитлеровцы оправиться от неожиданности, как воды Баренцева моря вновь сомкнулись над погрузившейся «Д-3».

Послушная рукам боцмана мичмана С. И. Нещерета, подводная лодка уходила на безопасную глубину. Мичмана Нещерета недаром называли искуснейшим боцманом-подводником Северного флота. Он так мастерски управлял горизонтальными рулями, что лодка, как говорили подводники, «играла» в его руках.

По итогам первых четырёх боевых походов Ф. Константинов был снят с должности командира Д-3. По-видимому тому было несколько причин. Сыграла свою роль и первые три «пустых» похода, и излишняя эмоциональность командира, стремящегося идти на риск, и неудачная попытка на знаменитый лайнер «Берлин»… Константинов был откомандирован в Англию для перехода союзных конвоев в северные порты СССР.

22 ноября «Д-3» вышла в пятый боевой поход под командованием нового командира коммуниста капитан-лейтенанта М. А. Бибеева.

Бибеев Михаил Алексеевич

Блестящей победой отметил экипаж лодки День Конституции СССР. Днем 5 декабря «Д-3» в подводном положении производила поиск противника в Порсангер-фьорде. Видимость в перископ была отвратительная. Снежные заряды заволакивали поверхность моря, и все же около полудня вахтенному офицеру капитан-лейтенанту А. М. Каутскому удалось обнаружить на расстоянии около 30 кабельтовых транспорт водоизмещением около 5 тысяч тонн. Подводная лодка начала маневрировать для выхода в атаку, а несколько минут спустя в просветах между снежными зарядами показался еще один транспорт водоизмещением не менее 10 тысяч тонн, шедший в кильватер первому с интервалом в 2—3 кабельтова. Строй замыкал миноносец типа  «Sleipner» («Слейпнер»).

Миноносец  «Sleipner» («Слейпнер»)

Командир решил атаковать второй транспорт и начал выводить лодку на боевой курс.

— Торпедная атака! — донеслось в первый отсек из переговорной трубы.    .

— Есть!

С этого момента все на подводной лодке было подчинено точному ритму секундомеров, строгому математическому счету углов, дистанций, скоростей.

Капитан-лейтенант Каутский с секундомером в руках был уже в отсеке и готовился командовать торпедной стрельбой. Он был ветераном лодки. Еще в 1929 году на Балтике, будучи краснофлотцем, Каутский участвовал в достройке спущенной на воду «Д-3», получившей название «Красногвардеец».

Капитан-лейтенант (впоследствии капитан 3 ранга) Александр Моисеевич Каутский командир Гвардейской ПЛ Щ-402

Перед походом торпеды к предстоящему бою готовили все свободные от вахты — рулевые старший матрос Я. Н. Лузан, матросы Н. Н. Малов, Н. Л. Чернокнижный и С. К. Перепелкин, трюмный старший матрос К. П. Лебедев, комендор матрос А. П. Береговой. Моряки считали своим долгом помочь торпедистам старшинам 2-й статьи А. И. Заборихину и И. С. Метелкову.

На торпедах подводники написали гневные слова. Инженер-капитан-лейтенант Б. А. Челюбеев на одной из торпед вывел: «За Харьков!» Сделали надписи матросы Ф. С. Виноградов, Я. Н. Лузан, Н. Л. Чернокнижный и другие. И вот теперь торпеды находились в торпедных аппаратах, готовые в любой момент ринуться на врага.

Каждый из торпедных аппаратов на «Д-3» имел свое название. Например, один назывался «Советский», другой — «Московский». На крышках торпедных аппаратов поблескивали золотым отливом пятиконечные звездочки, любовно выточенные матросскими руками из латуни. Количество звездочек соответствовало числу попаданий из этих торпедных аппаратов.

— Приготовить аппараты    к    залпу! — приказал командир

Торпедисты дали воздух в баллоны,

— Аппараты, товсь!

Воздух из баллона — к боевому клапану. Теперь только потянуть за рукоятку  пистолета,  и...

Но в это время миноносец неожиданно вышел из строя и повернул на подводную лодку. «Д-3» быстро ушла на 30-метровую глубину и легла на курс, параллельный движению конвоя. Командир дал полный ход, чтобы не упустить возможность атаки. Спустя полчаса вновь всплыли на перископную глубину — миноносец шел в голове конвоя, видимо он просто менял свое место в строю.

Подводная лодка вновь легла на боевой курс. Часы в центральном посту показывали 12 часов 53 минуты. До цели — 8—10 кабельтовых.

—  Аппараты,   пли! — гаркнула   в    первом    отсеке переговорная труба.

—  Пли! — командовал Каутский для каждого торпедного аппарата, впившись глазами в секундомер.— Пли! Пли!

В напряженной тишине было слышно, как шумел в торпедных аппаратах воздух, выталкивая торпеды. За характерным шуршанием следовал толчок — четыре торпеды одна за другой, с интервалом в 10 секунд, выходили из аппаратов.

—  Торпеды  вышли! — доложил старшина   группы торпедистов главный старшина А. П. Анашенков.

—  Вышли!   —  побежало  по переговорной трубе  в центральный пост.

Затаив дыхание, подводники вслушивались в забортные звуки. Басовито ухнули два взрыва.

Налетел снежный заряд, и увидеть что-либо в перископ было невозможно. Только через четверть часа видимость несколько улучшилась, и тогда прямо по носу были обнаружены тонущий транспорт и идущий курсом на лодку вражеский миноносец. Уйдя на глубину 20 метров, «Д-3» стала отрываться от противника. Спустя несколько минут, вновь всплыв под перископ, Бибеев разглядел на поверхности моря только мачту, трубу и часть кормовой надстройки атакованного транспорта. А в 13 часов 55 минут транспорт полностью исчез под водой. Второй транспорт, нещадно дымя, полным ходом спешил к мысу Нордкин.

На следующий день подводная лодка, продолжая под перископом поиск в районе Лаксефьорда, обнаружила крупный вражеский танкер, шедший в сопровождении тральщика. «Д-3» легла на боевой курс, но на тральщике заметили перископ советской подводной лодки, и фашистский корабль устремился к ней. Однако «Д-3» все же успела произвести с дистанции 10 кабельтовых трехторпедный залп. А когда подводная лодка, уклоняясь от тральщика, пошла на глубину, моряки отчетливо услышали взрыв торпеды.

Только через 20 минут после залпа удалось проконтролировать в перископ результаты атаки. Танкер "Abraham Lincoln" («Абрахам Линкольн») тоннажем 9570 брутто-регистровых тонн погружался носом в морскую пучину, а около его кормы крутился тральщик, видимо снимавший обезумевших гитлеровцев.

Бибеев решил отправить на дно и вражеский тральщик, чуть не сорвавший торпедную атаку. Подводная лодка начала маневрировать для нового залпа, но неожиданно видимость ухудшилась настолько, что цель была потеряна. Когда же через несколько минут прояснилось, то в перископ был обнаружен лишь один танкер, уходивший под воду с высоко задранной кормой. Тральщик успел скрыться .

Потопление подводной лодкой «Д-3» в декабре 1941 года двух крупных транспортных судов противника было достойным вкладом подводников-североморцев в общее дело разгрома немецко-фашистских захватчиков, начало которому было положено в битве под Москвой. По инициативе комсомольцев личный состав подводной лодки обратился с письмом к комсомольцам — защитникам Москвы:

«Дорогие братья! В море мы каждый час знали о вашей героической борьбе и всем сердцем были с вами...

Среди нас есть москвичи и ленинградцы, есть уроженцы Украины и Белоруссии. Родные города и села некоторых из нас захвачены фашистскими варварами. Боль от понесенных Родиной тяжелых утрат удесятерила нашу ненависть к гитлеровским мерзавцам.

Каждой нашей торпедой, принесшей гибель врагу, мы мстили фашистским извергам за разрушения, за надругательства, за горе, причиненное нашему народу. ... Презирая смерть, шли мы в атаку, ибо свобода и честь советского народа — превыше всего.

Мы с вами, боевые товарищи! На Крайнем Севере нашей любимой Отчизны мы защищаем наш правый фланг :— фланг великого фронта священной борьбы советского народа против фашистских захватчиков.

Здесь, на Севере, враги не прошли и не пройдут. Мы верим и знаем — не пройдут они и у вас, на равнинах России, где кипит сейчас жестокая схватка... Смерть ждет их на нашей земле повсюду, ибо грозен гнев многомиллионного советского народа» .

Это письмо, призывающее защитников столицы к стойкости и мужеству, подписал весь личный состав подводной лодки — коммунисты, комсомольцы и беспартийные. Они приехали со всех концов необъятной страны, молодые сыны трудового народа. Это были монтажники, токари, электромонтеры, плотники, мастера колхозных урожаев. Они стали подводниками, крепкой флотской семьей, а «старушка» «Д-3»—их родным домом. Здесь они жили, сражались и побеждали. Вера в правоту своего дела, в полную победу над ненавистным врагом вдохновляла их в ратных делах.

Командный состав подводной лодки «Д-3». Слева направо: военный комиссар старший политрук Е.В. Гусаров, штурман старший лейтенант Е.М. Березин, командир БЧ-5 капитан-лейтенант-инженер В.А. Челюбеев, командир моторной группы лейтенант-инженер Н.К. Рябов, фельдшер военфельдшер В.И. Шибанов, командир минно-торпедной части Б.С. Донецкий, помощник командира подводной лодки капитан-лейтенант П.Д. Соколов, командир корабля капитан 3 ранга М.А. Бибеев.