A+ R A-

Как это было...


Добриваться я не стал, тем более что свет погас – отключилось электричество, быстро взял автомат и поехал на своем автомобиле УАЗ-452 в отель «Калахари», где старший группы советских военных советников и специалистов Николай Адонин уже собрал всю группу. Не успел я отъехать от отеля «Вельвичия», как в порту раздались ещё взрывы и я помчался на всей скорости, которую только мог развить мой автомобиль. На совещании в отеле «Калахари»  выяснилось, что произошла диверсия в порту Намибе, на нефтехранилище «Sonangol» и на железнодорожной ветке Намибе-Лубанго, а также подорваны 5 опор линии электропередачи. Когда я приехал в порт, то моему взору открылась следующая картина: все три судна сильно осели – вода была гораздо выше ватерлинии – и наклонились «от причала».
Экипажи судов завели дополнительные швартовы и с помощью судовых лебедок пытались изменить крен, наклонив суда «к причалу». И это им удалось.



Советские суда «Капитан Вислобоков» и «Капитан Чирков». 


А капитан порта носился, как ненормальный от одного судно к другому и требовал, чтобы капитаны судов немедленно отдали швартовы и отошли от причала (!)  К роли капитана порта во всей этой истории я ещё вернусь, а пока хочу отметить хладнокровие не только капитанов советских судов М.С. Галимова и Н.И. Винокура, но и экипажей обоих судов.  После взрыва на теплоходе «Капитан Вислобоков» часть команды теплохода «Капитан Чирков» прибыли на терпящее бедствие  судно и стали бороться вместе экипажем судна за живучесть корабля. Однако, когда прогремели взрывы на теплоходе «Капитан Чирков» они были вынуждены вернуться, чтобы спасать уже своё судно. Общая площадь пробоин на каждом судне составила порядка  24 кв.м. – три дыры по 8 кв.м.  На теплоходе «Капитан Чирков» в результате взрыва были затоплены два  трюма, машинное  отделение   и  тоннель  гребного  вала на теплоходе «Капитан Вислобоков» затопило  машинное   отделение  и  четыре  трюма. К чести капитанов советских судов они категорически отказались выполнить неправомерные требования капитана порта Намибе и тем самым спасли свои суда. Капитан кубинского судна «Habana» выполнил указание капитана порта Намибе и после того как судно отдало швартовы и только стало отходить от причала, оно легло на левый борт и примерно в 10 часов утра затонуло прямо у причала, блокировав его надолго (!).



Фото кубинского судна «Habana», подорванного и затонувшего у причала порта 
Намибе 6 июня 1986 года.


Советский военный специалист зенитно-ракетного комплекса ЗРК С-125 «Печора»  Евгений Денисенко, дежуривший в это утро по миссии зенитно-ракетных войск в Намибе вспоминает, что что прибывшие в миссию представители с советских судов попросили срочно связаться по рации с советским военным представительством в столице Анголы Луанде с тем, чтобы попросить содействия в разрешении чрезвычайной ситуации. Переговоры по радиосвязи в этот день по его свидетельству велись на жуткой смеси португальского и русского языка, обильно сдобренной русской ненормативной лексикой (!) 
 

 

 Дежурный по военной миссии ЗРВ в Намибе Евгений Денисенко.  


По команде из Москвы корабли 30-й эскадры Северного Флота  ВМФ СССР, несшие БС  у берегов Анголы,  были по тревоге направлены в порт Намибе (Moçâmedes). Первым прибыл БПК «Стройный».  Он встал на якорь у входа в бухту с тем, чтобы предотвратить повторное проникновение подводных диверсантов в акваторию порта.  Его личный состав сразу же принял активное участие в обеспечении безопасности поврежденных взрывами судов: вельботы доставляли на берег группы матросов, которые осуществляли патрулирование причала и территории порта; на поврежденные суда также были высажены группы с запасом ручных гранат и для предотвращения возможной повторной диверсии матросы ходили по палубам вдоль наружного борта от одного ящика с гранатами к другому и, выдернув чеку, бросали гранату в воду
Мой друг Александр Подосёнов, проходивший службу на ПМ-64, который в это время стоял на рейде порта Луанда, вспоминает, что 6 июня 1986 года на корабле была объявлена боевая тревога и через час их корабль взял курс на Намибе (Moçâmedes),

 


ПМ-64


По прибытии ПМ-64 в порт Намибе  личный состав плавмастерской  не только подключился  к обеспечению безопасности, но и  в дальнейшем принял самое участие в заведении пластырей и заделке пробоин, в откачке воды и бетонировании демпферных подушек, о которых я расскажу чуть позже.


Александр Подосёнов на выполнении задачи по борьбе с ПДСС






Экипаж ПМ-64.


Из Луанды сообщили, что в порт Намибе вылетел заместитель  министра морского  флота    Б.А.Юницын и группа боевых пловцов по борьбе с ПДСС (подводными диверсионными силами и средствами). Вечером 8-го июня мы уже встретили их в аэропорту «Yuri Gagarine» и доставили в морской порт Намибе (Moçâmedes),  Как я помню, группа состояла из шести человек: старшим у них был капитан 2-го ранга Юрий (фамилию уже не помню – украинская какая-то: то ли Кличко, то ли Пличко – вобщем «хохол»).

 

Яндекс.Метрика