"Морской дракон"

Опубликовано: 27 сентября 2010
Просмотров: 157378

 

В 1852 году до этого же места дошли суда под командованием Sir Edward Belcher* (Эдвард Белчер (1799—1877) — английский мореплаватель. Совершил путешествия вокруг света и в Арктику. Автор ряда книг о своих путешествиях.) и капитана Henry Kellett *.(Генри Келлетт (1806—1875) — английский мореплаватель. В 1852—1854 годах командовал отрядом из двух кораблей в составе экспедиции Белчера.) Мужество и стойкость перед лицом невообразимых трудностей и невзгод были неотъемлемой чертой характера большинства из тех, кто приходил сюда за сто и более лет до нас.

 

Admiral Sir Edward Belcher(1799—1877)

 

Henry Kellett (1806—1875)

 

И вот мы идем малым ходом, имея чистую воду, над собой, если не считать случайных мелких льдин, и роскошную глубину в сто восемьдесят и более метров под собой. Ни один наш вахтенный не страдает от холода, ничто не нарушает наш покой. Я уверен, что в этих водах никогда еще не бывало экспедиции, имеющей столь комфортабельные условия, как наша. Утром 16 августа мы находились южнее острова Девон. Я решил всплыть здесь и установить радиосвязь с канадской военно-воздушной базой Резолют, чтобы сообщить туда о времени нашего прибытия. Хотя там и ждали нас, но ничего не знали о точной дате нашего прихода. Существовала договоренность, что при достижении этого места мы получим от персонала базы самые последние сведения о ледовой обстановке и прогноз погоды. Я переговорил по ра дио с начальником базы майором авиации Милике-ном и пригласил его и двух офицеров штаба на обед к нам на подводную лодку. Приглашение было принято с явным удовольствием.
День выдался удачным. Дул легкий юго-восточный ветер. Мы еще раз получили возможность посмотреть на лишенный растительности гористый берег острова Девон. До сих пор все шло так хорошо, что заглавие книги доктора Стефансона «Гостеприимная Арктика» казалось мне вполне обоснованным определением для этой части земного шара, где средняя температура лета составляет всего пять градусов тепла.
Я снова предался воспоминаниям. Прошло только два года со дня спуска на воду «Сидрэгона» со стапеля в Портсмуте, хотя казалось, что прошло гораздо больше времени. По этому случаю я вместе со своей женой Бетти прибыл на верфь в приподнятом настроении. Капитан-лейтенанты Эл Бёркхалтер и Логан Мэлон вместе с четырнадцатью старшинами и матросами из состава экипажа находились уже на месте и были временно прикомандированы к атомной подводной лодке «Содфиш» в ожидании отправки через два месяца в Беттис для прохождения там курса обучения.
Стапеля на Портсмутской кораблестроительной верфи военно-морского флота сделаны крытыми, так как зимой в этих местах бывают сильные холода. Внутри большого эллинга против корпуса новой подводной лодки, готовой к крещению, была сооружена специальная платформа. На ней установили ряды кресел для официальных представителей и именитых гостей. Сотни дополнительных стульев были расставлены рядами вдоль лодки. Пестрое полотнище украшало корабль, расцвеченный сигнальными флагами от носа до кормы. На носу висел красно-бело-голубой букет цветов, и подводная лодка казалась мне просто прекрасной. С волнением поднялся я по деревянным сходням на ее палубу. Огромный мостовой кран передвигался, громыхая над кораблем. Его гигантский крюк опустился к ожидавшему его рабочему прямо-таки с хирургической точностью. Леса и сходни были убраны. Я поднялся на мостик и взглянул вниз на прибывающих гостей.
Вместе с Логаном и Элом я спустился в подводную лодку, чтобы бегло познакомиться с ней. Мы прошли с одного ее конца до другого; все возрастающее беспокойство овладевало нами: внутри подводная лодка была похожа на огромную пустую раковину, хотя там и имелись уже палубы и кое-какие наиболее крупные детали машин. Собравшись все вместе на верхней палубе, мы обменялись мрачными взглядами. Однако наше плохое настроение быстро улетучилось, как только до нас донесся многократно отраженный от навеса эллинга стук молотков. Это рабочие выбивали деревянные клинья, удерживающие подводную лодку на спусковых полозьях стапеля.
На верхней палубе выстроилась в шеренгу небольшая группа офицеров и матросов. Им выпала большая честь спуститься вместе с подводной лодкой со стапеля. Посмотрев в сторону кормы и вниз, я увидел, как расходятся огромные раздвижные ворота. В их проеме засверкал большой квадрат голубой воды. В верхней части проема был сделан специальный вырез, чтобы смог пройти «Сидрэгон» — самая крупная из всех подводных лодок, когда-либо спускавшихся с этого стапеля. Даже при наличии дополнительной пристройки к эллингу казалось, что лодка стоит в нем впритык.
Наконец прибыли официальные представители, в том числе помощник министра военно-морских сил, и начался церемониал спуска на воду и присвоения имени кораблю военно-морского флота, под которым ему суждено прослужить весь свой век. Я задумчиво смотрел на толпу и размышлял, куда занесет меня эта палуба.
Основную речь произнес адмирал Уордер, но мне не удалось как следует разобрать ее содержание. Стоявший рядом со мной на мостике гражданский лоцман, уже много лет занимавшийся проводкой подводных лодок, воспользовался свободной минутой, чтобы поделиться со мной своим опытом работы на «Содфише» Он сказал, что «Сидрэгон», располагая огромными мощностями, легко будет маневрировать в узкостях, но реагировать на команды он будет медленнее, чем дизельные подводные лодки. Я внимательно слушал мистера Крибби, этого бывалого моряка, испытывая все возрастающее нетерпение попробовать свои собственные силы. И вот, наконец, раздался громкий рев сирены, оповестивший о готовности к спуску.
Крестной матерью судна была жена командующего Атлантическим флотом госпожа Деннисон. В сопровождении офицеров она прошла к носу лодки, где висела в специальной защитной сетке бутылка шампанского. Снова заревела сирена, и госпожа Деннисон отпустила бутылку. Ее слова «Я называю тебя «Сидрэгон» потонули в заполнившем эллинг оглушительном реве труб и сирен и гомоне толпы.
Корабль вздрогнул, закачался и, сначала медленно, а затем все быстрее, заскользил навстречу солнечным лучам, развив при этом поразительную скорость. Я отвернулся от быстро исчезающей трибуны и увидел несущийся навстречу мостику вырез в стене эллинга. Инстинктивно я быстро пригнул голову, так как казалось, что мы вместе с мостиком будем снесены с подводной лодки; и действительно, мы разминулись с балкой на расстоянии какого-нибудь полуметра от наших голов.
После затененного эллинга мы оказались на ослепляющем свету. Корма с шумным всплеском ушла под вспененную воду. Нос подводной лодки досколь-зил до конца полозьев и упал прямо вниз. Весь корабль провалился под воду, а затем подскочил вверх, словно мячик, подняв большую волну по правому и левому борту. По всей длине пирсов стояла шеренга кричащих и машущих руками людей. Спортивные моторные катера выписывали широкие полосы на голубой воде и ревом своих сирен приветствовали рождение нового жителя глубин. Стройные яхты скользили позади нас, следя за тем, как «Сидрэгон» плавно описывал кривую.
Подошли два пыхтящих буксира и завели концы на подводную лодку. Они плавно тронули с места и повели свою добычу к достроечной стенке...