"Морской дракон"

Опубликовано: 27 сентября 2010
Просмотров: 267860

 

Все ближе и ближе подходили мы к нему, и вдруг гидролокатор и указатель айсбергов потеряли с ним контакт. Но ведь мы никак не могли проскочить мимо этого чудовища! Я взял себя в руки.
Вдруг кривая эхоледомера резко пошла вниз, показывая почти вертикальный обрыв подводного склона айсберга.
— Зашкалило, мы теряем его! — закричал Дик Томпсон, но пальцы Джона Скера уже отчаянно крутили ручки настройки, стремясь скорее восстановить контакт с айсбергом.
Еще через полминуты я оцепенел от страха и удивления, увидев, как кривая плавно прошла за отметку, глубины, предсказанной указателем айсбергов, и, двигаясь дальше вниз, опустилась ниже нас. Сейчас мы налетим на него! От волнения у меня пересохло во рту. Я уже готов был скомандовать срочное погружение и дать сигнал водяной тревоги. Но прежде чем успел я произнести слова команды, кривая выровнялась и нехотя поползла обратно. Страшная минута миновала. Мы прошли под айсбергом!
Все мы со страхом стали разглядывать вычерченную эхоледомером кривую. Отмеченная ею осадка оказалась намного больше обычной толщины льда, когда-либо встречавшейся нам до этого момента. А ширина основания айсберга оказалась равной двумстам шестидесяти восьми метрам! Указатель айсбергов допустил существенную ошибку в опасную сторону, пучок его волн был, очевидно, преломлен слоем температурного скачка воды. Если бы я не создал дополнительного запаса глубины, не избежать бы нам катастрофы. Собравшись с силами и приняв непринужденный вид, я стал разворачивать лодку на обратный курс, чтобы пройти под айсбергом еще раз.
Мы снова пошли под айсберг, но уже другим компасным курсом. Этим галсом я прошел быстрее, чем предыдущим, ибо теперь я знал, каких гигантских размеров была висевшая над нами ледяная гора. А нет ли у нее выступов с еще большей осадкой?
На этот раз осадка айсберга оказалась всего примерно на два метра больше. У него, видимо, было сравнительно плоское основание с небольшим углом наклона к вертикали. Многие члены нашего экипажа инстинктивно ощущали колоссальную глыбу льда над собой и испытывали большое желание пригнуть голову в момент прохождения под айсбергом.
Еще раз, третьим компасным курсом прошли мы под этим гигантом. Нам потребовалось полных две минуты, чтобы пройти четыреста сорок восемь метров— длину айсберга по этой оси. Уолт Уитмен подсчитал, что его масса равна трем миллионам тонн, что эквивалентно весу штабеля, сложенного из полутора миллионов легковых автомобилей, или, как кто-то заметил с восхищением, этого льда хватило бы для охлаждения миллиарда бутылок шампанского.
Всем нам очень хотелось всплыть и измерить высоту этого ледяного колосса, однако лопнувший патрубок в гидравлической системе грозил многими неприятностями, если мы попытаемся сделать это. Лодку могло унести в сторону от полыньи при всплытии. Итак, сегодня получилось все наоборот: все, что матросы могли видеть у айсбергов до вчерашнего дня, находилось над поверхностью моря, все, что мы могли увидеть сегодня, лежало под водой.
С большой неохотой я повернул корабль на прежний курс (на норд-вест} и приказал развить экономическую скорость хода. Если нашим механикам удастся изготовить новую деталь, то нужно будет всплыть для выполнения ремонта. Я предпочитал сделать это на чистой воде, где легче действовать в случае аварии.
В продолжение ночи подводной лодке пять раз пришлось менять свой курс, чтобы уклониться от айсбергов. К утру мы вышли из-под Срединного пака и оказались в районе, который в прежние времена назывался «северной чистой водой»; здесь мы и всплыли.
Пока в турбинном отсеке меняли дефектный патрубок гидравлической муфты на прекрасную новую деталь, выточенную Уолдроном, я собрал в кают-компании специалистов, чтобы посоветоваться с ними. Мы находились в центре моря Баффина, почти на параллели пролива Ланкастер. Корабль стоит в густом тумане, видимость ограничена двумястами метрами, высота нижней границы облаков не превышает трехсот метров. Все это не сулило нам успеха в работе по изучению айсбергов.
Я рассказал собравшимся о двух основных задачах, стоявших перед нами. Во-первых, нужно еще доказать (чтобы уже не оставалось больше никаких сомнений), что атомная подводная лодка способна безопасно плавать в районах высокой концентрации айсбергов. Во-вторых, я решил добавить к нашему, графику еще два дня, и за эти дни нужно собрать как можно больше фактических сведений об айсбергах различных типов, так как форма их надводной части находится, вероятно, в определенной зависимости от осадки.
Мы все единодушно выбрали два района моря Баффина как наиболее подходящие для выполнения этих задач: район к востоку от острова Девон, где видимость обычно бывает лучше средней видимости в северной части моря Баффина, и район мыса Йорк — сказочную дорогу великанов, где всегда можно встретить многие сотни дрейфующих айсбергов. Оба эти участка мы с Элом видели уже с воздуха.
Мыс Йорк лежал в стороне от нашего курса, к тому же на этот район приходится большой процент дней с плохой видимостью, но зато там можно встретить гораздо больше айсбергов и выбрать из них нужные нам экземпляры. Для принятия окончательного решения требовался прогноз погоды, и мы отправили Дика Томпсона в радиорубку, чтобы он запросил по радио военно-воздушную базу в Туле и получил прогноз погоды в приземном слое воздуха на ближайшие двое суток. Поселок Туле расположен довольно близко от мыса Йорк, и поэтому оттуда нам могли сообщить более или менее правильный прогноз. Совещание было прервано до получения ответа из Туле.
Когда я вышел на палубу, команда легких водолазов была уже готова к погружению. Казалось, не прошло и нескольких мгновений после того, как они ушли под воду, как на поверхность вынырнул Гленн Брюэр. Сорвав с лица маску зажатыми в кулак руками, делая резкие движения всем телом, он подплыл к борту корабля. Меня очень испугало такое его поведение, и я стал с нетерпением ждать, что он скажет.— Банку! — заорал он. — Спустите консервную банку к воде!
Теперь я увидел, что в руках у него что-то зажато.
В банке оказались какие-то неведомые сокровища. Их подняли на палубу и принесли мне для ознакомления. Маленькое несчастное существо с черным круглым тельцем медленно хлопало такими же круглыми крылышками по воде, бросаясь от одного края банки к другому. Коммодор высказал мнение, что это летающий моллюск, довольно распространенный в этом районе. Около него спокойно плавал маленький полосатый зонтик медузы. Вскоре оба эти существа оказались в старшинской кают-компании, где их с любопытством разглядывали моряки.
Аквалангисты вышли из воды очень довольные своим купанием в прозрачной зеленоватой воде, где они сделали несколько снимков днища подводной лодки для проверки работы своих фотоаппаратов. Я не меньше их был доволен спокойной работой на палубе и, оставив их убирать свое имущество, направился на корму в пост энергетики и живучести.
Моторист 1 класса Фредди Уолтон припаивал новую деталь к ее рабочему месту. Этот сложный гидравлический узел сначала собирали в просторном цехе на Портсмутской кораблестроительной верфи, а затем устанавливали на подводной лодке. Теперь же Уолтон должен был отремонтировать его на том месте, где он был установлен. Мы с Джо Фаррелом с удовольствием следили за четкой и квалифицированной работой моториста в этом очень тесном помещении.
Работа скоро подошла к концу. Мы подвергли узел испытаниям и, к нашей общей радости, нашли, что он работает безупречно.
Ответ из Туле пришел весьма кстати. Предсказывалась очень хорошая, пятнадцатимильная видимость. Никаких уточнений в прогнозе не было. Мы без труда приняли решение идти туда, куда я так долго стремился попасть, — к мысу Йорк на побережье Гренландии.
Поздно вечером я почувствовал, что у меня начинается реакция на огромное нервное напряжение последних дней. Неспособность указателя айсбергов показать точную осадку цели вывела меня из равновесия, очевидно, в гораздо большей степени, чем я сам предполагал. Я пытался как можно беспристрастнее проанализировать свои переживания. Огромные размеры айсберга произвели на меня глубокое впечатление. Однако логика подсказала мне, что в действительности не было причины для беспокойства. Если прибор и не сумел правильно показать осадку айсберга, то он все же предупредил нас о нем. Это сделал также и гидролокатор. И все же мне было как-то не по себе.