Днепровская Флотилия

Опубликовано: 23 октября 2009
Просмотров: 155982

 

В небольшой, ярко освещенной комнате сидел гене­рал армии Н. Ф. Ватутин, а вдоль стола командующего размашисто шагал взад и вперед, похлопывая себя по ладони перчатками, маршал Жуков.

Не дав мне договорить уставную формулу о разре­шении обратиться к командующему фронтом, Жуков резко остановился и, рассматривая меня в упор, хмуро спросил: «Кто такой?»

Узнав, кто перед ним, маршал начал задавать корот­кие, без единого лишнего слова вопросы: «Состав сил, где находятся?», «Когда заканчиваете сосредоточение?», «Боевые возможности?» Я старался отвечать как можно короче и точнее, чувствуя, что и Жуков и Ватутин внимательно меня слушают и что тон разговора у первого значительно смягчился.

Бронекатера с кормы...

Доклад о флотилии прервал ряд телефонных звонков, за которыми последовало обсуждение полученных экст­ренных донесений, вызовы понадобившихся людей, отда­ча распоряжений. Но как только звонки прекратились, Георгий Константинович возобновил со мной разговор. Он подошел к висевшей на стене огромной карте советско-германского фронта и, немного посмотрев на нее и помол­чав, сказал: «Я вижу, впереди у вашей флотилии большие перспективы, ведь с Днепра по Припяти вы сможете перейти на Западный Буг, Нарев, на Вислу и дальше, а там и перейти на реки Германии. Кто знает, быть может, до само­го Берлина!»

В этот же день была составлена короткая оперативная директива 1-го Украинского фронта. В связи с ледоста­вом на реках Днепровского бассейна было приказано кораблям встать на зимовку в районе Чернигова на Десне и весной 1944 года, с вскрытием рек, быть готовыми к боевым действиям.

К середине февраля численность личного состава фло­тилии составляла уже 3000 человек, а к маю достигла 6000.

Все экипажи усиленно занимались зимой боевой под­готовкой. Особенно напряженно учились наводчики орудий.

Погрузка полуглиссеров и бронекатеров на железнодорожные платформы...

Сошел лед. Боевые действия Днепровская флотилия начала с рубежей, которые в 1941 году она вынужде­на была оставить после ожесточенных боев. 1-я бригада под командованием капитана 2-го ранга С. М. Лялько, а она и составляла пока наши основные силы, начала движение от Чернигова по Десне, Днепру на Припять. 22 марта она сосредоточилась под Мозырем, у самой ли­нии фронта.

Вскоре 1 -и и 2-й Белорусские фронты были слиты в один Белорусский фронт под командованием генерала армии Константина Константиновича Рокоссовского.

Получив приказание прибыть к нему, ехал не без вол­нения. Но Рокоссовский встретил нас так приветливо и просто, что я успокоился, доложил о состоянии флоти­лии и ее первых боевых делах (со 2 апреля бригада Лялько начала поддерживать артогнем с Припяти приреч­ные фланги 61-й армии и высадила небольшой десант). Рокоссовский и начальник штаба фронта генерал-полков­ник Михаил Сергеевич Малинин обратили внимание на то, что силы флотилии невелики. Хотя мы уже имели около ста кораблей, но артиллерийское вооружение было лишь на 19 бронекатерах.

— Пушек-то сколько всего? — спросил Малинин.

Цифры, названные мною, прозвучали весьма скромно. Рокоссовский в заключение нашей беседы сказал: «Кораб­лей у вас маловато. Постараемся помочь...»

Никольскому С.М. от Балаева (?) Феди 10.09.46 г

Командующий фронтом, выйдя со мною из штаба, обратил внимание на мой изрядно потрепанный трофейный «опель», на котором я приехал в штаб, и не без иронии произнес:

— И на таком драндулете вы разъезжаете по здешним дебрям? Это непорядок! — Обернувшись, он приказал кому-то: — Пусть подгонят сюда «виллис» для командую­щего флотилией.

Уехали мы к себе на отличной новой машине.

С Рокоссовским, ставшим вскоре Маршалом Совет­ского Союза, мне доводилось встречаться потом много раз. Я узнал его высочайшую требовательность, которая со­четалась с редкостной тактичностью, деликатностью, с исключительной внимательностью к людям.

Лето 1944 года мы встречали, охваченные непере­даваемым, особым настроением, которое хочется назвать духом Победы. Кто мог сомневаться, что это — послед­нее лето войны!

Бои, завязавшиеся на Припяти в апреле — мае, не отличались напряженностью, но это были первые бои воз­рожденной Днепровской флотилии. И дороги нам были краткие телеграммы командармов, комкоров и комдивов, благодаривших за точный огонь, за подавление вражеских батарей.

Маскировка бронекатера...

Флотилия крепла. Пополнение прибывало уже не толь­ко с флотов. Зачислялись к нам и призывники из осво­божденных областей Украины и Белоруссии. Из госпита­лей приходили и бойцы-армейцы. Об одном из них хочется рассказать.

Однажды к нам для дальнейшего прохождения службы прибыл Герой Советского Союза рядовой Алексей Кули­ков. Мы, понятно, заинтересовались этим солдатом. Выяс­нилось, что ему 19 лет, родом он из-под Сталинграда. Отличился минувшей осенью при форсировании Днепра, за что и был удостоен Золотой Звезды.

Потом Куликов был ранен, и ему представился случай поговорить с посетившим госпиталь К. К. Рокоссовским. В разговоре командующий спросил, нет ли у него личных просьб. Куликов признался: есть давнишняя мечта — служить на флоте, воевать моряком. Рокоссовский отве­тил, что моряки воюют совсем близко, на Днепровской флотилии, и распорядился, чтобы этого пехотинца по излечении перевели к нам. Куликов был назначен на бронекатер в расчет орудийной башни, возглавляемой старшиной 1-й статьи Набиюллой Насыровым. За ко­роткий срок он отлично освоил свои обязанности на­водчика.

Бронекатер с пушкой Лендера...

Во второй половине 23 июня генерал-полковник Малинин сообщил  мне по ВЧ:   1-й Белорусский фронт переходит в наступление завтра утром, в  шесть ноль-ноль!

Операция «Багратион» началась мощным артиллерий­ским наступлением. Наши бронекатера выпустили 1330 снарядов.

24 июня, спустя десять минут после первого залпа, наркому Военно-Морского Флота была послана телеграм­ма: «Корабли Днепровской флотилии участвуют в артил­лерийском наступлении фронта... Мой КП — селение Стужки. Военный совет флотилии находится на катерах в боевых порядках наступающих кораблей».

Войска 1-го Белорусского фронта прорвали укреплен­ные рубежи противника и быстро продвигались в глубину его обороны. Чтобы спасти от окружения свои части на левом берегу Березины, фашисты начали спешно пере­брасывать туда подкрепления. Переправу немцы произво­дили в районе сильно укрепленного узла Паричи. Коман­дарм П. И. Батов приказал нам уничтожить эту пере­праву.

Днепровцы в боевом походе...